Тогда она пообещала себе следить за самодельным украшением со всей своей внимательностью. Кто же знал, что данное обещание придётся нарушить так скоро.
Жаль было слышать тихий стук пластмассовых кубиков, полетевших на пол, но сейчас была важнее проволока. Медленно, но верно, перерезая острыми краями железки одну нить за другой, девушка смогла избавиться от веревки на руках, спеша проделать то же самое с узлами на щиколотках.
Не дожидаясь просьбы, первым делом она кинулась к Соне, возвращая ей свободу действия. Вот только когда на свободе оказались двое, за дверью вновь послышались шаги.
— Что делать? — не на шутку испугалась Алиса, каменным изваянием застывая посередине помещения.
— Назад. Обратно на места и наматываем веревки. Глядишь, и не заметят.
Спорное решение, тем более, что эти люди далеко не так глупы. И, тем не менее, кидаться без оружия на того, кто заведомо сильнее физически и намного хитрее, дело опасное и заведомо проигрышное. Потому было принято решение попытаться обмануть «отца» и его преспешников. Другого выхода не было.
Они едва успели вернуть веревки на прежние места, надеясь в точности повторить разрезанные узлы, когда в помещении снова появилась фигура «Отца сия поселения». С той лишь разницей, что теперь он был не один. Суховатого вида мужчина стоял чуть позади своего лидера, держа в руках автомат наперевес. Мешки под глазами, впалые щеки – подобный образ жизни никак не шёл на пользу этим людям, однако их все устраивало. По-другому слепую покорность этому поехавшему объяснить не получалось.
— Думаю, два часа вполне достаточно для обдумывания предложения, — окинув каждого пристальным взглядом, мужчина остановился на Соне. — И каков ваш ответ?
— Мы не собираемся…
— Я согласен.
В повисшей тишине слышался приглушенный шум работающего на улице генератора. Все взгляды устремились в сторону Антона, который, напротив, не смотрел ни на кого. Даже на лидера общины, который теперь с любопытством взирал на единственного человека, который осмелился принять его предложение. Отсутствие зрительного контакта не смущало.
— Ты всё хорошо обдумал? Осознал последствия своего выбора для себя и своих друзей?
— Я не хочу умирать, — убитым голосом прошептал Антон, мечущимся взглядом рассматривая лицо наклонившегося мужчины. — Пожалуйста, я хочу жить.
— Ты что творишь? — зашипел Артур, но тут же заработал недовольный взгляд мужчины, за которым последовал удар прикладом солнечное сплетение.
— Рад, что среди вас есть здравомыслящие, — довольно улыбаясь, «отец» перерезал веревки парня, возвращая возможность свободно двигаться. — Вынужден извиниться за больное плечо. Не волнуйся, наши медики быстро его вправят, — он снова обратил внимание на остальных. — Есть ещё желающие примкнуть к нашим рядам?
— Иди к черту, — фыркнула Соня. Остальные придерживались того же мнения, исподлобья глядя на поджавшего губы мужчину.
— Мне казалось, вы будете более разумными, но нет. Впрочем, дело ваше, я свою работу выполнил. Думаю, ближе к вечеру наши мясники вами займутся. И, пожалуйста, — уже уходя в сторону выхода, обернулся «отец», гаденько улыбаясь. — Никуда не уходите.
Они снова остались одни, правда, на этот раз в рядах поубавилось. Возможно, оно и к лучшему. Нехорошо так думать, но Соня не могла ничего с собой поделать. Чего-то подобного от Антона она давно ожидала. Жаль только, что его истинная сущность проявилась именно в этот момент.
*
Когда Марк открыл глаза, первым делом почувствовал запах гари. То же самое он чувствовал, идя мимо пищевого блока, в котором опаливали свиные туши. Паленое мясо и сожженные редкие волоски – такая комбинация прочно въелась в память рецепторам, вызывая не самые приятные ассоциации. Ему всегда было жалко этих животных, но умом юноша понимал, без нормального белка им не выжить. Потому приходилось помогать, если требовалась помощь, не обращая внимания на собственную жалость.
Вот только сейчас он находился не на родном блокпосте, да и вокруг на полу, разложенные по ведрам и коробкам, лежали далеко не останки скота, да и сам он лежит привязанный к столу без возможности нормально двигаться.
Спустя несколько минут парень осознал, что находится здесь не один. Стараясь не шевелить больным плечом, он повернул голову так, чтобы разглядеть своего соседа по несчастью. Картина перед глазами оказалась весьма странной. Андрей лежал на таком же столе, вот только сейчас, согнув ногу в колене, он отчаянно пытался дотянуться до подошвы, насколько это вообще было возможно с привязанными руками. Занятие, видимо, было слишком увлекательным, раз он не заметил пробуждения друга.