— Мне кажется, это куру, — неуверенно протянула Надя, в нервном жесте заламывая пальцы. — Они же едят человеческое мясо. Наверняка ели и мозг. Это болезнь смертельна и не лечится. Не стоит их трогать. Им недолго осталось.
Несправедливо. Из-за трусости лидера погибает целое поселение. Особенно больно было смотреть на детей. Неровные, зачастую деформированные черепа – признаки врожденной энцефалопатии, явный признак носительства болезни. Они обречены, и, возможно, даже не подозревают об этом. Никто не заслуживает такой смерти. Тем более те, кому, по сути, не оставили никакого выбора.
Выбравшись через небольшую брешь в заборе и отойдя на безопасное расстояние, ребята, наконец, смогли выдохнуть. Потеряв несколько человек, они вынуждены были изменить свои планы. Они не знали, что делать дальше. Не знали, как поступить, да и стоило ли вообще что-то делать.
Однако Соня не могла позволить себе такой слабости. Она четко знала, чего хочет и не собиралась отказываться от своей цели. Именно поэтому девушка продолжала идти вперед. Как и остальные, которые следовали за ней.
И никто не заметил, как идущая позади всех Надя на минуту замерла на старом деревянном мосту, что располагался над ручьем. Её взгляд то и дело метался от воды назад, к оставшемуся за чащей леса поселению, где остался тот, кого долгое она считала самым близким человеком. Решение пришло само. Металлический кружок, обжигающий безымянный палец последний раз удостоился взгляда своей хозяйки, после чего погрузился в холодную воду, тут же уносимый стремительным течением. Этого никто не видел. Кроме Артура, который сразу же отвернулся, делая вид, что ничего не видел. Это было не важно. Тем более, что он и так всегда рядом, готов поддержать словом и делом.
Глава 15
У большинства людей есть достаточно странная привычка, которая редко проявляется в мирное время: им всегда нужен тот, кто направит их. Кто-то более опытный, сильный, кто всегда поддержит и словом, и делом. Если речь не идёт об условиях выживания, люди не требуют к себе какого-то повышенного внимания и, тем более, опеки. Однако если опасность буквально повсюду, невольно начинаешь искать того, кто сможет уберечь от поджидающих невзгод.
Для ребят таким человеком стал Стас. Каким бы необычным и, возможно, чудесным не было его появление, именно этот мужчина стал их невольным проводником. Даже Соня, забыв о своей слишком настороженной сущности, прислушивалась к его советам все чаще, поступая именно так, как он говорил.
Узнав о цели их путешествия, мужчина предложил неожиданную помощь. По его словам, одну из линий железных дорог восстановили, и в сторону южного порта снова ходили поезда. Столь огромными трудами построенный Крымский мост стараниями военных был разрушен, однако переплыть Керченский пролив было возможно. И если слова Стаса о поезде – правда, то им несказанно везло.
Так они и шли впятером на запад. Стас заменил собой ту брешь, которая возникла после смерти Марка. О нём не говорили. Не принято обсуждать покойников просто потому, что все прекрасно понимали: людям на том свете гораздо легче, чем тем, кто остался в этом мире. Однако если о нём не говорили, это не значит, что всем была безразлична его судьба. Иногда молчание – просто способ защиты.
*
Их путь лежал через заросшее поле, на котором когда-то выращивали овощи. Сейчас же пробираться сквозь довольно высокую траву было проблематично, особенно учитывая весеннюю жару. Солнце палило нещадно, выматывая и без того уставших путешественников, вынуждая сбавлять скорость шага. Хотя, казалось, медленнее уже некуда.
— Давай помогу.
Щурясь от яркого солнца, Соня подняла взгляд на идущего рядом Стаса. Мужчина терпеливо держал руку в воздухе, ожидая ответного действия. Она устало улыбнулась. Ещё пару часов назад вряд ли бы приняла помощь, посчитав этот жест смущающим, словно её недооценивали. Однако обернувшись, девушка поняла, что не только ей требовалась помощь – что Артур, что Андрей, оба несли по два рюкзака, тем самым освободив девушек от тяжёлой ноши.
— Спасибо, — приятное облегчение охватило спину и плечи, едва рюкзак перекочевал в руки товарища. — Долго нам ещё идти?
— Долго. Особенно с учётом того, что двигаемся мы пешком. Была бы машина – уложились бы в трое- четверо суток, а так ещё идти и идти.
— Ты вообще уверен, что поезд есть? Больше похоже на фантазию или слишком хорошее совпадение.