Что же это, обычное брюзжание старого мастера, у которого способность воспринимать футбол остановилась вместе с последним прикосновением к мячу? Непохоже. Этот высокий, дородный человек с открытым лицом, с добрыми голубыми глазами к нашей команде был расположен, находил у нее немало такого, что его устраивало. Значит, его скепсис не огульный, а имеет определенную направленность. И еще он сказал следующее: «Вы усвоили, что у мяча больше дыхания, чем у человека, а англичане этого не понимают». Иными словами, игре в мяч он отдавал предпочтение перед всеобщей беготней. Справедливость этого наблюдения была через несколько часов подтверждена ходом матча.
А теперь мне придется ступить на дорожку, считающуюся скользкой, коль скоро речь пойдет о людях нежного юниорского возраста. Условимся, что отзывы французских обозревателей, которые я приведу, мы примем не как бесспорные и окончательные, а как проявление футбольных вкусов, как свидетельство, чего в наши дни люди ищут в футболе, чего от него ждут.
Из наших юниоров был выделен нападающий Олег Таран. Он не совершил никаких подвигов, не забил ни одного из двенадцати голов, числящихся за командой. Тем не менее о нем писали следующее: «Его дриблинг, его вдохновенная латинская игра напоминала Риверу». «Таран создает дух завершенности внутри русской геометрии. Пойдите на него посмотреть». «Футбол Тарана не имеет возраста, он имеет качество».
Лестно отзывались и о других. О полузащитнике Игоре Пономареве: «Квалифицированный рабочий, обещающий со временем стать руководителем предприятия». О форварде Сергее Стукашеве: «Он из русской стали и разряжает свое ружье с точностью швейцарских часов». Да и вся наша команда именовалась не иначе как «русской икрой» и подчеркивалось, что «английскому ростбифу» не место в одной с ней тарелке.
Оставим в стороне цветистость стиля французских репортеров. Простим им и преувеличения. Задумаемся над тем, почему же их так восхитила игра Тарана. Кстати, несколько раньше этот наш юниор на моих глазах был точно так же принят публикой, прессой и жюри из специалистов на другом турнире, в Монако.
Таран играет, для него футбол – увлекательное занятие. Ему интересно выбраться с мячом из окружения трех защитников, он это умеет, и трибуны ему аплодируют. Он держит мяч прочно, передвигается с поднятой головой, видит поле и партнеров, и чувствуется, что каждый его маневр умен. Он разгадчик острых ситуаций у ворот противника и оказывается в нужной точке поля. Словом, он индивидуальность. Совершенна ли его игра? Нет, конечно. Но это игра, а не беготня и работа, которые в таком огромном количестве предлагаются в наши дни публике, не вызывая у нее особого восторга.
Юниоры прославленных клубов – «Ливерпуля», чемпиона Англии, и «Барселоны», обладателя Кубка кубков, в Ницце не привлекли к себе внимания, их игра была яростна, но и механична, быстра, но и одинакова, рациональна, но и простовата. Вне всяких сомнений, они прошли хорошую школу в духе новейших требований: движение, темп, экономное обращение с мячом, дисциплина. Но проглядывает в их футболе заученность, предопределенность каждого движения. Их можно хвалить, как хвалят хороших учеников, но от них быстро перестаешь' ждать чего-то необычного, чего-то такого, что могло бы украсить зрелище, заставило вспомнить, что перед тобой не борьба, а игра хитрая, умная, тонкая. Другими словами, перед нами был образчик того футбола, который во что бы то ни стало должен обеспечивать желанный результат и турнирные очки. Боевой, деловой, добротный футбол. И неминуем вопрос, достаточно ли этого для того, чтобы всемирного значения игра сохраняла свое очарование, свою власть над сердцами миллионов поклонников?
Ответить не просто, оценки и мнения противоречивы. Там, в Ницце, на стадионе, я увидел Альбера Батте, самого знаменитого тренера Франции, много лет возглавлявшего сборную своей страны. Он ходил на все матчи турнирчика. Однажды мы оказались рядом, познакомились, и я спросил, каковы его впечатления. Батте ответил коротко и просто: «От игры юниоров я получаю больше удовольствия, чем от игры профессионалов». Было это сказано с грустной улыбкой, с подавленным вздохом. Он коснулся моей руки и добавил: «Ваши мальчики победят, они – играют!»
Отзывы французских журналистов о юниоре Олеге Таране, думается мне, свидетельствуют о том, что идея футбола, как красивой и веселой игры, живет в душах и ее не способен заслонить и вытеснить напористый, пробивной и безликий модерн.
Наш футбол тоже переживает противоречия. Я вовсе не намерен приятными для нас противопоставлениями что-то сгладить. В конце концов турнирчик в Ницце – маленькое колесико, и не больше. Но по футбольному своему смыслу заставил задуматься о том, что ведь и некоторые наши команды мастеров грешны тем, что не развивают, не культивируют игровое начало, а поддаются моде на рассудочный, холодный механический футбол.