- Понял, - озадаченно произнёс тот и, обратив улыбку к следующей скамейке, двинулся охмурять другую жертву.
- А сама что думаешь? - продолжал допытываться Глеб.
- Вот, - сказала несчастная Оля, извлекая из сумочки книгу с вооружённым мужчиной на обложке. - Ты же знаешь, он всегда про шпионов читать любил. Как подарили ему на день рождения этот шестнадцатитомник, так всё у нас и разладилось…
- Кто подарил?
- Машка! Почему я и заподозрила…
Глеб осторожно принял в руки полиграфическое изделие, оглядел корешок, обрез, прочёл имя автора, заголовок. Роман Романов. «Приказано долго жить».
- Колдун смотрел?
- Смотрел… Говорит, книга - как книга.
Глеб и сам уже видел, что книга - как книга. Не в пример листовкам, отрицательной энергетики маловато.
- Он её даже как-то там по вьетнамскому гороскопу проверял… - робко добавила Оля.
Ученик чародея презрительно скривил рот.
- Вьетнамцы! - выговорил он. - Кота от кролика отличить не могут, а туда же, гороскопы составляют… - Взвесил книгу в руке, задумчиво двинул бровью. - Ты мне её не дашь - Ефрему показать?
- Господи! Да конечно же!
- А если я её… это… распотрошу немножко?
- Да хоть совсем сожги! Лишь бы толк был…
Вернувшись с прогулки, старый колдун Ефрем Нехорошев застал ученика за несколько необычным занятием: склонясь над освобождённым от всего лишнего столом, Глеб Портнягин завершал ликвидацию книги Романа Романова «Приказано долго жить» как единого целого. В данный момент он водил магнитом над разъятым на слои корешком, пытаясь обнаружить заговорённую иголку.
Пользуясь таким случаем, серо-белый кот Калиостро оккупировал монитор, где, расположившись со всеми удобствами, приводил себя в порядок: астральная его сущность сосредоточенно выкусывала флюиды - физическая слепо копировала движения астральной.
- Смежную специальность осваиваешь? - осведомился со смешком колдун. - В переплётчики податься решил?
Кот вскинул голову, но, сообразив, что обращаются не к нему, фыркнул и вернулся к прерванному занятию.
- Да вот, - с досадой бросил Глеб, откладывая магнит, - второй час бьюсь - нигде ничего…
Заинтересовавшись, старый чародей приблизился к столу, взял двойной книжный листок, повертел, хмыкнул.
- Ну правильно. Нигде ничего… А что должно быть?
- Подружку встретил, - хмуро пояснил Глеб. - Мужа у неё через эту книжку отворожили. Получил шестнадцать томов в подарок - ну и…
- А-а… - Колдун поднёс лист поближе, всмотрелся попристальней. Изучал долго. - Подружку Олей зовут? - внезапно спросил он.
- Да…
- А разлучницу - Машей?
- Откуда знаешь?
Сухие старческие губы сложились в довольную полуулыбку.
- Прямого колдовства здесь нету… - известил Ефрем. - А без чёрных технологий не обошлось. На, прочти…
- Где?
- Всю страницу. С начала до конца.
Глеб пробежал глазами текст. Нормальный триллер. Пять выстрелов. Два трупа.
- И что?
- Ещё раз читай! - осерчал колдун. - Только внимательней, слышь?
Глеб прочёл ещё раз. Пять выстрелов. Два трупа.
- Да что ж вы за народ такой? - начал уже закипать Ефрем. - Давай тогда вслух!
Глеб пожал плечами и стал читать вслух. Если старый колдун выходил из себя, лучше ему было не перечить. На мониторе занервничал серо-белый Калиостро, очень не любивший, когда люди начинают говорить чужими голосами.
- «Услышав шорох, - заунывно оглашал ученик чародея, - Сникерс молниеносно повернулся на триста шестьдесят градусов и вскинул оружие…»
Осёкся. Заморгал.
- Ну! - нетерпеливо прикрикнул Ефрем.
- «Брось свою Ольку, - не веря, с запинкой прочёл Глеб. - Уйди к Маше…» Что это?
- Двадцать пятая строка… - угрюмо сообщил кудесник. - Страшная штука. Вроде двадцать пятого кадра, только хуже, опаснее. В некоторых странах даже закон против неё приняли. В электронном виде эту пакость ещё как-то, говорят, вылавливают, а уж в бумажном - и пробовать бесполезно… Сколько, говоришь, ему томов подарили?
- Шестнадцать…
- Все шестнадцать - в огонь!
- Погоди! - опомнился Глеб. - А сам-то ты как её углядел? Эту двадцать пятую строку!
Старый чародей хмыкнул, приосанился.
- Думаешь, колдовство? - самодовольно переспросил он. - Экстрасенсорика всякая?.. Нет, Глебушка, нет. Просто в мои времена принято было всё подряд читать. Это теперь книжки не жуя глотают, да ещё и на курсы скорочтения записываются, а мы-то по старинке - каждую строчку, каждое слово. Так-то вот…
- Каждое слово?! - Портнягин ужаснулся. - Как в школе на уроке?
- Во-во…
- Замучишься же!
- Ну вот тем не менее… - Кудесник усмехнулся снисходительно и снова стал серьёзен. - Это что! Рассказывали мне: дескать, когда-то давным-давно при советской власти люди между строк читать умели!
- Как это? - обомлел Глеб.
- Сам не знаю, Глебушка, сам не знаю… Не иначе в ментальные слои проникать могли. Физически слова в строчке нет, а ментально - присутствует. Такие, говорят, чудеса творили! Положат перед человеком чистую страницу - так он, представляешь, сам всё за автора возьмёт и домыслит…
Духоборец
Мудрость - убежище философа от ума.
Портнягина выручило исключительно то, что его астральное тело не стало дожидаться физического. Попробуй ученик чародея вскочить с топчанчика, так сказать, в полной экипировке, никакая бы реакция не спасла. Ну сами прикиньте: пока мозг отдаст команду, пока она добежит по нервам до мышц, пока те соблаговолят сократиться… Вообще главное неудобство нашего земного бытия заключается именно в том, что сначала приходится думать, а уж потом действовать. В астрале же, как известно, данные процессы происходят одновременно, а то и вовсе в обратной последовательности. Тем не менее в первые секунды схватки Глебу мало бы кто позавидовал. Лишь по наитию он ухитрился перехватить в кромешной черноте руку (если это, конечно, была рука), вооружённую скальпелем (если это, конечно, был скальпель), и нанести удар коленом по предполагаемым астральным гениталиям. Разумеется, Портнягин знал, что половые признаки в астрале свидетельствуют только о косности нашего восприятия, но, как было сказано выше, время в тонких мирах слишком дорого, чтобы тратить его на мыслительную деятельность. В следующий миг Глеб уже катился в обнимку с нападающим по тесному чуланчику, пытаясь как можно крепче приложить гада затылком об эфирную оболочку пола. Если это, конечно, был затылок.
На ощупь ночной визитёр оказался невелик, но чертовски силён и такое ощущение, что четверорук, вроде барабашки. Удержать его Глебу не удалось - вырвался, отморозок! Оказавшись на ногах, Портнягин, не глядя, выстрелил растопыренную пятерню к тумбочке, где лежала раритетная, сделанная лагерным умельцем финка с наборной рукоятью, - и шансы уравнялись. По легенде, ножичком этим ещё в советские времена успели отправить на тот свет человек шесть, так что его астральные свойства нисколько не уступали физическим.
Далее юный чародей сообразил наконец включить духовное зрение, однако, прежде чем ему удалось разглядеть противника, тот шарахнулся прочь - и сгинул.
Сквозь узкое бойницеподобное окно в торцовой стенке чуланчика точился жидкий лунный свет. Лежащие на тумбочке наручные часы показывали пятнадцать минут второго. На топчанчике тихо посапывало физическое тело Глеба Портнягина. На секунду учеником чародея овладело праведное желание поднять себя пинком в рёбра: спишь, козёл? А тут вон что делается! Не целясь, он кинул грешную душу финки туда, где лежала её материальная оболочка, заранее уверенный в том, что родственные сущности найдут друг друга.
Затем в тесноте чуланчика возник парнишка лет двадцати двух с ладно вылепленным насмешливым лицом - в данный момент, правда, несколько встревоженным.