Наконец, он закрыл газету и улыбнулся мне.
— Мы с мамой думали поехать в Монтану этим летом.
— Кемпинг?
— Да, кемпинг. Ты хочешь присоединиться к нам?
— Нет, папа, общий душ и сон в спальном мешке больше не так привлекательны.
— Можем забронировать домик у озера, если хочешь.
— Я бы предпочла, чтобы вы с мамой поехали одни и насладились отпуском. Я справлюсь одна, так что можете ни о чём не беспокоиться.
— Хорошо, Пенни, но можем ли мы немного поговорить?
— Мы уже говорим.
— Не о том, что я действительно хочу обсудить.
— Папа…
— Тебе следует послушать Бо и услышать, что он скажет.
— Я не хочу с ним разговаривать.
— Почему?
— Потому что я уже знаю, что он мне скажет. Он извинится, заверит меня, что ему жаль, и он не хотел так со мной обращаться. Но проблема в том, что Бо не знает, что значит сожалеть, он не понимает, что значит любить кого-то и принимать то, что другие думают иначе. Под этим образом хорошего парня скрывается кто-то, способный действовать со злобой, и я не хочу, чтобы он был рядом.
— Тогда поговори с ним, даже если это просто для того, чтобы послать его к чёрту!
— Нет, я хочу быть жестокой и эгоистичной, каким был он по отношению ко мне. И потом, мне необходимо забыть о нём. Слышать всё время рёв его роскошных автомобилей не помогает. Насколько же занозой в заднице должен быть тот, кто столько раз проверяет работу в доме, который даже не его?
— Это его дом, он скоро переедет.
— Ты ошибаешься, это будет своего рода семейный дом.
— После подписания пятилетнего контракта он передумал и переедет на Лунный бульвар. Но мне интересно, почему кто-то такой жестокий открыл двенадцать семейных домов по всей стране.
Я посмотрела на отца.
— Ты с ним продолжаешь общаться? — спросила обвиняюще. Он не ответил. — Не могу в это поверить. Ты на его стороне! — рявкнула я.
— Я ни на чьей стороне, это не игра, это ситуация между вами, которую нужно прояснить.
Схватив костыль, я встала со скамейки и поспешила домой, шагая слишком быстро.
— Пенни, не беги.
— Оставь меня в покое.
Отец догнал меня.
— Он действительно заботится и сожалеет. Поговори с ним и дай ему шанс извиниться.
— Я не хочу тебя слушать, как и этого ублюдка!
— Не беги, ты можешь упасть.
— Не говори мне, что делать, ты ничего обо мне не знаешь, тебе на меня наплевать! — закричала я в припадке истерической ярости.
— Не говори ереси.
— Ересь в том, что ты поддерживаешь того, кто сделал это со мной! Я потеряла всё из-за этого сукина сына, а ты, мой отец, его оправдываешь!
— Я просто говорю, что сесть в ту машину, решила ты!
— Он заставил какого-то грёбаного консьержа вышвырнуть меня из дома, а потом отказался меня слушать. Держу пари, твой подопечный тебе не рассказал!
— Да, он мне рассказал, и Гаррик чуть ему не вмазал.
— Если ты в курсе и продолжаешь его защищать, то всё хуже, чем я думала.
Мама видела, как мы идём обратно.
Я была в ярости, отец молчал.
— Что случилось? — спросила она.
Я не ответила, поднялась в свою комнату и хлопнула дверью так сильно, как только могла. Было похоже, будто гнев, который я таила в себе неделями, внезапно готов взорваться. Я схватила свой костыль и, используя его как дубинку, стала бить по всему, что было под рукой. Я сломала рамку с футболкой Флакко, сломала столик с лекарствами, телевизор и всю кучу старых компакт-дисков.
Я была одна, действительно убитая горем и разочарованная. Я пыталась спрятать свои чувства, как пыль, под ковром, но этот ковёр просто швырнули о стену.
Когда остановилась, моя нога болела, я тяжело дышала, а лицо было залито слезами гнева. Мне хотелось вернуть свою жизнь, свою семью, себя.
Бо Бакер отнял у меня всё, каждую мизерную точку опоры, и я тонула в море отчаяния, гнева и боли.
Я села на кровать и с удовлетворением посмотрела на беспорядок, который устроила.
Не знаю, сколько прошло времени, может, минута, может быть, час, но эта кажущаяся тишина была прервана звонком моего нового телефона, одной из немногих вещей, оставшихся нетронутыми в моей старой комнате.
Я схватила его и увидела неизвестный номер.
— Кто это? — ответила я, готовая к новой битве.
— Пенелопа Льюис? Это Леа Ли, мы говорили несколько недель назад по поводу твоего собеседования в Everlast. Могу я украсть у тебя несколько минут?
— Да… конечно... Я... вы можете украсть у меня всё, что захотите.
— Идеально, потому что у нас в команде Everlast есть для тебя новое предложение.
Глава 63
Он
Better man
Балтимор, июль 2023
Травинки во дворе были зелёные, мягкие и синтетические. Я сидел на лужайке рядом со ступеньками крыльца, глядя на район, который ничуть не изменился. Так же, как не изменилось и чувство грусти и одиночества.
— Бо, — я услышал, как кто-то позвал меня.
— Я здесь.
Келли подошла и села на ступеньки.
— Они на самом деле сделали большую работу, этот дом прекрасен и совсем не изменился.
— Да, они в точности следовали твоим указаниям, ты бесценна. Ты тоже можешь жить здесь, если хочешь.
— Нет, спасибо. Этот район не для меня, и у меня слишком много плохих воспоминаний.
— О каких плохих воспоминаниях ты говоришь?
— Мне действительно нужно тебе говорить?
— Имеешь в виду твой арест?
Келли рассмеялась.
— Нет, я имею в виду все те разы, когда твой отец отвергал меня. Это место всегда будет напоминать мне о нём.
Я посмотрел на неё.
— Есть что-то, что я должен знать?
— Знать особо нечего.
— Вы встречались?
— Никогда.
Я встал и подошёл к ней. Я знал, что её отношения с моим отцом были странными, сложными и, безусловно, необычными. Келли плакала из-за него и всегда отстаивала его интересы, пытаясь показать мне его своими глазами, хотя и безуспешно.
— Ты любила его?
— Я всегда его любила. Влюбилась в него с первого взгляда, но он любил мою лучшую подругу, и я не могла даже подумать, чтобы встать между ними.
— Даже после её смерти?
— Твой отец никого не хотел после неё.
— Почему ты рассказываешь мне это сейчас?
— Потому что сейчас самое подходящее время. Ты заходил сегодня к Пенни?
— Да, днём. Миссис Льюис сказала, что момент неподходящий.
— Хочешь, вместо тебя зайду я?
— Нет, забудь.
— Ты сдаёшься?
— Я привыкаю к мысли, что всё на самом деле кончено.
— И вот тут ты напоминаешь мне своего отца: он даже не смотрел на женщин с тех пор, как умерла твоя мать, но Пенни всё ещё жива, и тебе нужно продолжать пытаться исправить нанесённый тобой ущерб.
— В тот единственный раз, когда я проходил мимо их машины, она отвернулась, а её отец не хочет вмешиваться. У меня нет её номера телефона, и я правда не знаю, что ещё делать.
— Когда она будет готова, она поговорит с тобой и посмотрит на тебя. Ваши чувства не вызывают сомнений, лишь то, как вы с ними справились, а ты был особенно ужасен.
— Я знаю, — сказал я удручённо.
— Вернётся и ваше время.
— Я уверен, — она поправится, как почти уверен, что когда это произойдёт, мы будем за тысячи миль, и меня не будет рядом, чтобы она могла на меня посмотреть.
Глава 64
Она
I forgot that you existed
Сан-Франциско, ноябрь 2023
Наступил ноябрь, и температура в Сан-Франциско показывала восемнадцать градусов. Мои коллеги сказали, что скоро начнётся типичная для залива осень, а это значит, что пойдёт дождь и станет более влажно. Но моя лодыжка не показывала никаких признаков боли, для этого я делала массаж, который покрывала страховка моей новой работы.