Когда я жил тут, в новостях я слышал о двух крупных терактах в Норвегии и Швеции. И все они связаны были с горючими веществами. Первым терактом был взрыв фургона с напалмом на скотобойне. Кто-то туши додумался каким-то образом накачать горючим веществом и подорвать это. Погибло трое, много пострадали, предприятию был нанесен огромный ущерб. Второй теракт в пансионате интереснее. Пансионат представлял собой базу отдыха в лесу с рекой. Там подожгли один из домиков. Естественно, вызвали пожарных. Машина приехала, но вместо того, чтобы выпустить экипаж или хотя бы поливать домик водой или пеной, она стала жечь все огнем! Пожарную машину превратили в нечто противоположное. Прежде чем приехали военные и уничтожили ее, она успела выжечь весь пансионат вместе с большинством отдыхающих. Террористов так и не нашли. Они сбежали на лодке по реке. Этот теракт наделал много шуму в мире. Столько репортажей по нему сняли, не считая еще сюжетов по производным событиям, например, об аморальных интернет-мемах, высмеивающих эту трагедию. Следователи считали это бандитскими разборками, точнее, организованными атаками на банду «Викинги». Скотобойня принадлежала им, а 90% постояльцев на базе отдыха были членами этой ОПГ.
Вернемся к Джо. Примерно за месяц до этого события он записал песню «Бензин», где пел про обожженные тела грешников, которых в аду варят в горящем бензине. Странно, что на эту песню не обратил внимания ни один блогер или следователь. Возможно, террористы просто им вдохновились, однако я выделил немало совпадений. Кроме того, что сам образ Джо навевал некоторые подозрения, я вспомнил, что однажды нашел у него в подвале обрывок какого-то письма, в котором я разглядел лишь часть слова «Подготовишь». Да и как он смог сделать лавку, в которой штамповал патроны и взрывчатку на продажу? Я как вспомню, что еще и хотел ему купить билет отсюда… Я чуть было не проспонсировал терроризм. И, факел мне между ног, я, общаясь с ним, подвергал себя такой огромной опасности! Я, конечно, подозревал, что от него можно ждать неприятностей, но я даже не думал, что такого масштаба! Это меня напугало. Немного бы я повел себя не так или ослабил бдительность, меня бы уже насильно завербовали или убили. Ой, ееее, лучше бы я вообще ни с кем не общался! Тут – свиньи и быдло, а там - социопаты. Ну и город! Да и друзья те еще…
Я за этими мыслями совсем забыл про Лену.
- Что это за бумаги?
- Исследования одного моего коллеги. Неужели все вот как? – выражал я мысли вслух.
- Как?
- Да вот так. Не обращай внимания. У этих бумаг большая история, в которой я побывал, даже не подозревая об этом.
- В смысле?
- Да забей и лезь в вертолет. На этот раз поведешь ты.
- А почему не ты?
- Потому что этот вертолет я буду еще долго водить в одиночку. Ты меня в последний раз подвезешь до дома.
Мы зашли в «Москит» и взяли курс домой.
- Кеша, а что это за бумаги-то?
- Я же уже сказал, это исследования моего коллеги. Мы с ним недавно познакомились, и так уж получилось, что за короткий срок нам пришлось много пережить. Он погиб в одной из перестрелок с блатными повстанцами, но напоследок мне успел рассказать об этом месте. Когда я прибыл сюда, я решил здесь обустроиться, потому что мне надоело так жить. Что ни день – то погоня. А здесь – тишь да благодать! А про это я совсем забыл, да и забраться то место не мог. Эти исследования мне только предстоит разобрать.
- Я тоже много хлебнула, когда сюда приехала. Сколько мы прошли с нашей дворовой компанией, и все оставались живы, а тут… В первый же день я потеряла трех друзей детства, когда нас послали отбивать дом.
- Что еще за «друзья детства»? Не вся ли Сосновая Роща?
- Почти. Мы…
Радар прервал наш разговор. На нем засветилось несколько точек.
- «Комары»! – прокричал я – Держи курс к какой-нибудь крыше, а иначе они сейчас замкнут нас и тупо расстреляют.
Но беспилотники это сделали раньше, чем мы продвинулись на 20 метров. Они принялись летать вокруг нас и потихоньку отстреливать, оттесняя вертолет все выше. Пулеметная турель была бесполезна.