- Ну все, сволочь! – разозлился я – Вот лопасть я тебе точно не прощу!
Он ничего не ответил и сразу кинулся в атаку. Показать, наверное, хотел профессионала, который предпочитает не тратиться на слова.
Дальше мы опять долго дрались, даже не попадая друг по другу. Это продолжалось довольно долго. Мы шли наравне, но неожиданно он предпринял рискованную атаку, которая обеспечила ему огромный перевес – он сломал мне руку, да еще и правую. В общем, мое положение ухудшилось до смертельного. Невозможно было одной рукой, да еще и левой, орудовать столбом, отбивая удары прочнейшей собственной лопасти. Так что я более серьезно отнесся к тактике уничтожения с расстояния. Моя рельсовая пушка, управляемая Токсином, наносила большие повреждения «Шахтеру». Я сумел поймать момент, чтоб убежать от него. Тогда я встал на крышу, а Токсин прицелился. Он поймал его, когда он застопорился на секунду. Мощный розовый луч сбил его с ног. После этого папаня решил во что бы то не стало выбить меня с этой удобнейшей позиции. Он пошел в атаку. Он пробежался по асфальту, сделал резкий прыжок. Его палец уже почти коснулся брони «Сцинка», но Токсин выстрелил. От отдачи выстрела увеличенной мощности ящера качнуло назад, но «Шахтеру» было куда хуже – луч разорвал ему одну из грудных пластин. Раскаленные капли металла даже попали мне на стекло. Саму машину с огромной силой отбросило в сторону дома. Такого бедное здание не выдержало: стена проломилась, поднялась пыль, посыпались камни. Токсин перевел пушку в импульсный режим и накрыл плотным огнем образовавшееся пылевое облако. Попадания характеризовались искрами.
Но «Шахтер» быстро выбрался. Он серьезно отнесся к угрозе расстояния. Снова ближний бой. Он кружился вокруг меня, а Токсин не мог навести на него неповоротливую пушку. «Шахтер» часто предпринимал рискованные атаки, которые, к моему сожалению, кончались для него хорошо. И в этот раз он предпринял такую атаку, которая грозила самым страшным: потерей второй руки. Это было бы для меня окончательное поражение. Но мне для отражения удара срочно нужна была вторая рука, хоть какая-нибудь. И тут я вспомнил про свой осадный огнемет, который испытывал только на бедных деревьях. Токсин перевел управление огнеметом на рычаг управления правой рукой. Когда лопасть наткнулась на массивный счетверенный ствол огнемета, я понял, что победа будет за мной. «Шахтер» снова сбил меня с ног. Но я решил последовать примеру пилота совершенной роющей машины: совершил рискованную атаку. Я уперся ногами во вражеского меха и включил реактивные движки. Секунда – и я уже стою на ногах, а «Шахтер» дезориентирован. Чтоб дезориентировать его еще больше, я открыл по нему огонь. В прямом смысле этого слова. Я обрызгал его адской палящей смесью. Машина сразу покрылось слоем красноватого пламени. Редкие капли горящей жидкости падали на землю. По искрам «Шахтера» я догадался, что смесь Джо отлично жжет броню и проникает внутрь, прямо в сервоприводы. Я отбежал от «Шахтера» и еще несколько раз обстрелял его рейлганом. Прежде чем снова броситься в атаку, он каким-то секретным огнетушителем потушил себя. Драка продолжалось еще какое-то время.
В жарком продолжительном бою я не замечал пронзительного писка электроники. Мы оба были серьезно повреждены. Когда показалось, что обе машины вот-вот развалятся, прибыли правительственные войска. Дополнительная поддержка оказалась очень даже кстати. Его принялись обстреливать со всех сторон. «Шахтер» все еще сопротивлялся, даже умудрился сбить «Шмель» и еще пару беспилотников. Сопротивление имело смысл, пока «Дракон» не сбросил на него пару бомб. После этого удара «Шахтер» уже покорно стоял на коленях. Никто уже не хотел в него стрелять.
-Ты победил меня! – сказал он - Я умираю…
- Да ладно? – ссарказмил я.
- Заткнись! Дай мне напоследок высказаться… Послушай, поджигатель, я сегодня понял, что ты не виноват. Ты делал только то, что был должен. А я только зря потратил время на слежку за тобой. Хочу только сказать тебе – беги отсюда как можно дальше. Повстанцы скоро пойдут в контрнаступление, и они будут сбрасывать бомбы с «Bane-301»…
Выстрел «Линчевателя» его добил. Его исповедь на меня не оказала никакого влияния: все эмоции давно выгорели в бою. А бомбы эти, как по мне, рано или поздно должны были скинуть.
- Вот черт! – с досады ударил я по дымящейся панели – Эта паскуда чуть мне машину не уничтожила! Нам нужен срочный ремонт, а то так и до базы не доберемся.
Я нашел какой-то дворик из трехэтажек, где ремонтники стали мне быстро приваривать лопасть и руку, а заодно и латать меня. Машина лежала, упершись низом кабины в песочницу детской площадки. Я оглядывался в окна, боясь, что кто-то может оттуда за нами наблюдать. Один выстрел кумулятивной ракетой сейчас – и машина потеряна.