- Ты кто такой? – громко спросил Пистолетов из-за угла – Это сейчас твоих рук дело было?
- Тебя не касается! – яростно ответил я.
- Я таких, как ты, мутантов пачками крошил, и знаю к вам подход, зверье поганое! Думаете, самые сильные? – Пистолетов высунулся из-за угла и издырявил мое укрытие.
- А я таких, как ты, бандюганов завалил много, - и подкрепил свою фразу порцией огня в чужое укрытие.
- Ты сейчас кого бандюганом назвал, ошибка природы? Ты вообще, уродец, сам кому служишь?
- Правительству! И у меня есть приказ убить тебя!
- Аааа, правительству! - взвыл Пистолетов и отправил мне в укрытие разрывной импульс – Терпеть вас не могу, крысы армейские!
- А кого ты любишь, Пистолетов?
- ДА Я ВСЕХ НЕНАВИЖУ!! - надрывно прокричал он - Что правительство, что повстанцы, что торгашня, что эти бандиты, все сволочи!! Куда не глянешь, везде одно и тоже. Выгода, выгода, выгода! А я как погрызанная собака среди всего этого говна! Давай, мутант! УБЕЙ МЕНЯ! Я хочу сдохнуть больше, чем ты хочешь жить, падла! Давай, разберись со мной! Мне все уже это надоело!
Какой поворот. В другой бы ситуации, я, наверно, сразу бы попытался его расспросить, чего он так. Но это был не тот случай. Мои эмоции тоже зашкаливали:
- Ты че думаешь, что ты один такой, а? Ты думаешь, я прямо хвалю свое правительство? Все это офицерье, которое продается торгашне и объедает народ, этих предателей сраных! А торгашей как минимум каждого в психушку бы следовало закрыть!
- А что ж ты тогда служишь в нем, если ненавидишь его?
- Да потому, что выбора нет. Нужна мне эта служба, чтоб получить кое-что… Чтоб исполнить то, что обещал… Своему близкому человеку.
Мы оба перестали стрелять друг в друга. Злость постепенно спадала. Дыхание выравнивалось. Запутанные мысли приходили в порядок.
- Слышь, мутант, - Пистолетов нарушил тишину.
- Чего?
- Можешь убить меня, если тебе нужно. Я стрелять не буду. Мне просто реально уже надоело жить. Ты, как погляжу, более-менее норм парень. Хоть тебе напоследок добро сделаю.
Странно, несмотря на схожесть данного предложения с ловушкой, злобного замысла я не почувствовал. Мне почувствовалось то, что он хотел до меня донести – отчаяние. И, как самому любопытному, мне захотелось узнать, что с ним.
- Да погоди, чувак. Может, лучше поговорим? Убийство в лес не убежит.
- Ох… Давай! Пойдем тогда ко мне наверх, там у меня есть теплая комната. А то я замерз уже тут сидеть.
Мы вышли из своих укрытий и встретились. Пистолетов держал руки в карманах штанов, а пистолеты он уже успел убрать. Я тоже убрал огнемет, затем Пистолетов привел меня на второй этаж. Там он дошел до деревянной двери, которую открыл ключом. Это была его комната. Она уже была получше, чем все здание. Около окна стоял столик с двумя стульями. На стене висела бутылка, переделанная под умывальник. В углу возле двери стояла тумбочка, откуда Пистолетов достал чайник и две кружки, которые поставил на стол. А чайник же он поставил на небольшую черную печку, труба которой выходила наружу.