- Братан, а сх***и мне должно быть обидно за то, что ты был с ней раньше? Лучше ты, чем те ушлепки, от которых я Лену вытянул. Вот только почему она о тебе не рассказывала? Может, забыла. Экстраверт же, все-таки. Или думала, что ревновать буду. Как бы то ни было, ты отличный парень!
- Да, Кеша. Жаль, что мы раньше не встретились. Мне не хватало как раз такого друга.
- Ой, да ладно, какой бы толк от меня был? В детстве я был вообще бесполезен. Нерешителен до ужаса. Я в своих-то более-менее нормальных Зорях с волевыми родителями выжил, а у тебя бы Костиком стал.
- Если бы до тебя кто-то д*******лся, я бы тебя защитил, - отрезал Исраэль – Я уже тогда научился понимать человеческие недостатки. Особенно, недостатки ума. То, что ты слабый – не означает, что ты не друг. Из слабого можно сделать сильного, а друга найти непросто. Я бы тебя тренировал, ты бы помогал с учебой или еще чем-нибудь. И вместе мы бы очень много сделали!
Мне тоже в детстве не хватало друга, и как раз, такого. С Исраэлем мы бы и вправду были прекрасной командой. А вот будущее бы, все равно, нас раскидало.
- Кстати, - вспомнил я – помнишь игру «Гангста Парадайз»? Про двоих друзей-бандитов?
- Конечно помню, чувак, это моя самая любимая игра! Она шикарна! Особенно, если вдвоем с другом проходить. Акробатика командная вообще нравилась! Окружают вас двоих, и вы делаете вместе прием. Отталкиваетесь от земли, крутитесь и расстреливаете врагов!
- Да, я с этого угарал вообще. Надо как-нибудь нам вдвоем ее перепройти. Помнишь же концовку игры? Когда главные герои Джек и Шейн, у них всех родных убили, и у них только они одни остались. Когда оба сидели с автоматами на руинах горячего дома, который напоследок подорвали наркоманы-смертники того мафиози. В этом доме же все было – и богатство, и их банда, и родные. Играл древний рэпчик, совпадающий с названием игры, а Джек сказал, что единственное, что у них есть теперь в жизни – это они сами. Прямо про нас.
- Да, - вздохнул Исраэль – Это так. Мы внатуре как два одиноких гангстера теперь. А, кстати, помнишь, в той игре был твой однофамилец Чензо
Альварес. А Чензо это сокращенное итальянское имя Инноченцо. А Инноченцо это у нас…
- Я тебе больше скажу, - улыбнулся я ехидному Исраэлю – Все чуваки с фамилией наркоторговцы.
- А еще с фамилией Альварес были несколько известных певцов-гомосексуалистов, - еще ехиднее Исраэль улыбнулся мне. Мы немного посмеялись. И, действительно. С моей фамилией можно было много найти наркоторговцев, мафиози, п*****в и других подозрительных личностей.
- В Иркутске и Мюнхене жизнь была шикарной! – продолжил Исраэль – И платили хорошо, и города красивые, и люди интересные. Со всеми можно было спокойно открыто разговаривать. Никто пальцы не гнет. Там я почувствовал, так сказать, великолепие цивилизации! Вот тут настоящая жизнь, а не там, в лесном поселении дикарей! Конечно, с приходом апокалипсиса я в этом разочаровался, но не суть. В Лесничестве, что до, что после апокалипсиса, ниче, поди, не изменилось. Вот такая сраная жизнь. Надоело мне как-то ее обсуждать. Слушай, а я вижу, у тебя там телек с приставкой есть. Может, сыграем немного?
- Я не против, потому что устал языком молоть.
Остаток вечера мы с Исраэлем рубились в приставку под анекдоты и шутки. А потом легли спать. Утром, как и обещалось, мы пошли ко мне в кабинет, чтобы глянуть информацию про Гаса Фаренгейта. База данных нам выдала, что он пропал вместе с воздушной эскадрой где-то над Байкалом после воздушного боя с повстанцами.