Наконец, машины показались. Первым ехал «Бигль» с медиками, за ним плелся эвакуатор, в кузове которого ехал отряд солдат. Когда они доехали, мы взорвали мины и повредили им колеса. Развязали бой. Подоспевшие баси окружили их, и не один не мог сбежать. Когда мы их немного измотали, то выпустили по их позициям светошумовые ракеты. И когда они уже все кучкой оглохли и ослепли на время, мы к ним подбежали и каждому надели мешок на голову. Всем мы связали руки и выставили вдоль дороги на коленях. Баси держали их на прицеле. Когда слух у них прояснился, я стал изображать бандитский голос:
- Попались, касатики! Да вы не ссыте, мы зря убивать не будем. Шмот ваш нам тоже не нужен. Вашим пилотам мы уже оказали первую помощь, и они ждут вас на лесопилке. Вы вообще все можете не беспокоиться! Нам нужен только Иван Федоренко.
Кеша подошел и поднял с колен этого мужика и надел ему сзади наручники.
- Ну че, Ванька, здорово! – подошел к нему я и ударил в живот. Муженек сразу загнулся и снова упал на колени.
- За что? – тяжело кашляя, выкрикнул он.
- Долги надо возвращать. Ты думал, что мы тебя не найдем?
- Какие долги? Вы о чем талдычите вообще?
- А ты уже и забыл, смотрю. Ну ничего, мы тебе напомним все.
Я отошел немного в сторону, к «Биглю», вдоль которых держали медиков. Я подошел к Корнелии.
- Кого мы видим! Это же женушка нашего Ваньки! Встать, сука!
Корнелия была в оранжевом «Антитоксине-М», который почти не скрывал ее форм. Я положил ей руку на грудь и вскрикнул:
- Вот это сисяндры!
Корнелия стала отпихивать меня. Я схватил ее руки и сказал:
- Какая строптивая, а! Пацаны, чувствую, развлечемся с ней!
Мы все в отряде сымитировали грубый бандитский смех, даже Кеша. Потом приказали баси связать их и забросить в ронт-мону. Иван вырывался, а Корнелия послушно шла, как будто давно привыкла к такому.
- Теперь остальные. Значит так, ваши волыны и КПК мы отнесли на лесопилку, там же находятся раненые. Сейчас мы с пацанами уйдем, - я начал говорить медленно – а вы спокойно, без резких движений пойдете на лесопилку, заберете ваш шмот, поменяете колеса, заберете ваш вертолет, а потом свалите. На базе своей скажете, что Ваньку с его телкой мы за дело приперли. Всем все ясно?
- Да, - тихо провыла толпа.
- Я не слышу!
- Да! – громче повторили они. После этого мне так хотелось спросить «кто проживает на дне океана…».
Корнелию и Ивана мы привезли в один из производственных комплексов. Ивана мы прямо так, с наручниками и мешком на голове, закинули в карцер. А сестра осталась с нами в комнате отдыха. Кеша тихонько снял мешок с ее головы. Я немного испугался. Не думал, что такое грустное и заплаканное лицо увижу. Это было натуральное лицо мученицы. Я думал, она из-за стрессов всяких там и за долгое время, когда не видела брата, уже и забыла его. И что нам придется долго ей объяснять, что этот мутант – ее брат. Однако когда Кеша снял мешок, Корнелия узнала его сразу же. Ей было как будто все равно, мутант он или не мутант, не виделась с ним больше 10 лет или только вчера расстались. Она обняла его, и уже не стала держать свои чувства. Корнелия разрыдалась. Она говорила, что эти годы больше всего хотела его видеть. Я ее понял. Во-первых, Кеша - это ходячий излучатель, а во-вторых… Ну да, как можно не ждать брата, который ее так любил? Я хотел узнать, правда ли этот муженек избивал ее. Оказалось – правда. И намного хуже. То, что произошло с ней – это такой п****ц. До Очистителя она была на той базе со своими друзьями, которые тоже были долбоежиками, но терпимыми. Самая жопа у нее началась после Очистителя. Все друзья на нем погибли, а к ней начали приставать. Ну типа баб мало, а она еще и красивая. Ее несколько раз изнасиловали… Жесть. Потом тех чуваков под трибунал отдали и выгнали с базы. Ну зато это чмо пристроилось. Один из тех чуваков, но трусоватый еще. Есть такой типаж людей, которые могут давить только на жену, а остальных ссыкуют. Вот он такой же этот Иван. Избивал ее, а нифига ему за это не было. Какой-то авторитет его на базе держит, а еще сама Корнелия его боялась. А бежать тупо некуда. Вот так она и жила. Без друзей. Без любви. С мужем, за которого ее выдали насильно. Она хотела повеситься уже, отчаявшись, что вообще никогда брата не увидит. Мы просто вовремя подоспели. Чуть-чуть бы промедлили… И все. Кеша прекрасно чувствовал свою сестру, а я через саримете чувствовал его. Мне такие картины виделись, что прямо сейчас хотелось применить свой первый план – вернуться на базу и устроить там резню. И если это был я настолько зол, то даже сложно представить, какая ярость кипела у Кеши в душе. Я чувствовал, что он хочет отомстить Ивану за все годы издевательств над своей сестрой. Но он не мог просто так оставить ее, когда она так в нем нуждалась. Кеша сказал Корнелии, что у него появилась неполадка в комплексе, и нам с Исраэлем надо ее решить. Мы уединились. Кеша сказал, что не может оставить сестру сейчас одну, но того урода наказать надо. Он поручил мне заняться пытками.