- Да, Лена, тебе придется ее держать подальше от нас с Исраэлем, а то она может быть опасна.
Лена прильнула к губам Кеши. На две минуты они снова слились в чисто чувственном порыве.
- Что будет с Авивой? – тихо и печально сказала она, снова отойдя от родных губ – Господи, как она без нас будет?
- Лена, не надо пессимизма. Мы еще не умерли. А если и умрем, за Авиву весь ильфашрит горой встанет. Корнелия и Токсин останутся с ней. Флеймеру я личное поручение дал, чтоб охранял ее. Если что, он со спецгруппой увезет ее в скрытый лагерь или в агентурный отряд. С ней все будет в порядке.
- Точно?
- Точно. Кстати, а в кого наша дочка характером пошла, не замечала?
- В тебя, Кешунь. Так знаешь, иногда сидела с ней, когда жила в убежище и сердцем чувствовала частичку тебя в ней. Она такая умная и не по годам проницательная.
- Мне кажется, она нечто среднее между тобой, мной и Исраэлем.
- Да, кстати, ты прав. Я тоже об Исраэле подумала.
- Я хотел вначале, чтоб ты осталась на базе вместе с ней. Ты ее лучше знаешь, чем Корнелия и Токсин, и поэтому как никто сможешь ей помочь в развитии. Но ты реально нужна нам…
- Я все понимаю, Кеша. Слушай, давай уже продолжим, а то я горю вся!
Кеша и Лена снова слились в пламенном порыве. В это время Исраэль с Авивой заканчивали очередную миссию.
- Дядя Исраэль, а это правда, что вы завтра уедете и больше не вернетесь? – немного стесняясь, спросила Авива.
- Авива, кто тебе такое сказал? – эмоционально ответил Исраэль - И, пожалуйста, не называя меня «дядей». Других взрослых можешь, но не меня. Говорил же уже вроде. Просто Исраэль! И кто тебе сказал, что мы не вернемся? Наподдадим этому наглому Крюгеру и вернемся живыми все! Не переживай, мы же с тобой евреи, сыны Израиля, богоизбранный народ!
- Почему я еврей? Мне мама говорила, что я русская и испанка.
- Ты еврей в душе, а еще у тебя еврейское имя. Был такой город в Израиле, назывался Тель-Авив, что в переводе с иврита значит «весенний холм». А ты знаешь, что давным-давно Израиль в одиночку стоял против целой лиги государств? Вот и мы тоже! Наш Хеклиниронт стоит против всего мира! Сама понимаешь, что люди не очень порядочными бывают. Но ничего! Мы выстоим! Давай вместе, Авива: мы сильные, мы евреи!
- МЫ СИЛЬНЫЕ, МЫ ЕВРЕИ!! – Исраэль и Авива крикнули так громко, что Корнелия, находящаяся в другой комнате, вздрогнула.
- А теперь давай, Авива, споем гимн Израиля! Помнишь, я тебе пел? Давай вместе.
- Коль од бале́вав, пэнима́, - начал Исраэль один.
- Нэ́фэш еу́ди омия́, - продолжили они уже вместе – Ульфа́атей ми́зрах кадима́. Айн ле-Ци́йон цофия́. Од ло а́вда тикватейну́. Атиква́ бан шнот альпааи́м. Ли́йот ам хо́фши бе-арце́йну. Э́рец Ци́йон в-Ирушалаи́м…
Все отдыхали. А утром все, кроме Корнелии, отправились в Шамо-46. Корнелию с Авивой будить не стали. Провожал эскадрилью только Токсин. К утру Кеша, Лена и Исраэль должны были долететь. Каждый был на своем транспорте. Лена вела свой сделанный заново «Камов», превращающийся в биомеханоида с ракетницами на плечах. Кеша и Исраэль были в своем транспорте. Линзовый усилитель был готов. Через это время рассекающего воздух полета они должны были повести вперед свои войска под песню, ставшую настоящим гимном Хеклиниронта!
«Ильмете Фаш».
Настоящая сила природы,
Эволюции быстрый скачок.
Совмещая в себе антиподы,
Совершаем вперед марш-бросок!
Мы фанатики жизни идеи,
Бьется страстно сердец наших пульс.
Силой нашей страны поколений
Мы проложим в историю путь!
Ураганом пройдемся по миру,
Поднимая свои знамена
Под симфонию вражеских криков,
Под мелодию злого огня!
…….
Зил-са́ри ли́ни дийпо́ле,
Дарско́т ави́ни лики́вит аро́ хек-пода́т!
Мисо́н ашку́р нарафо́ле,
Иди́ци ко́ма тису́ди аф ронт метера́т!
И́сор те́не ле арш,
Я́ри-кат ча́ра-таш,
Иль-зил бром ронтани́: