- Да, хотел, и много чего. Во-первых, линзы не до конца изучены. Даже я, человек, годами исследовавший их, не до конца знаю обо всех их свойствах. Подобный вариант я рассматривал, но не воспринимал его всерьез. Как человек, несколько раз побывавший в таких копиях мира, заявляю, что отсюда есть выход, и его, обычно, видно издалека.
- А что происходит снаружи, пока мы находимся здесь? – спросил Кеша.
- Снаружи ярко горит белый свет, а еще время идет медленнее, чем тут. Здесь время идет в десятки раз быстрее, чем там.
- Где ты вообще собрал свою армию? И как ты с космоса прилетел, вот это интересно! – снова поинтересовался Кеша.
- Это я и собирался рассказать. Я привел войско на «Волкодавах» через червоточину на темной стороне Луны. Червоточина - это тоннель в пространстве, переход в другую часть вселенной. Данная червоточина открывается в неизвестной галактике около одного из спутников крупной обитаемой планеты под кодовым названием Дея. Она в 3 раза крупнее Земли, и освещается двумя звездами. Вокруг красного карлика эта планета, собственно, вращается. А тот карлик вращается вокруг другой звезды, наподобие Сириуса. Хотите - верьте мне, хотите - нет – но это так. Изучение той планеты началось еще до взрыва Очистителя, но все исследования, касаемые этого, были засекречены. Туда были отправлены лучшие умы правительства. Дея похожа на Землю: там есть вода и растения, но люди и все земные биологические виды там жить не смогут. Насчет вас не знаю. Дело в том, что там в течение суток меняется состав воздуха. Растения на Дее выделяют много ядовитых испарений. Они выгорают под светом синего гиганта, но, когда наступает ночь, то есть, часть планеты входит в зону освещения карлика, тогда воздух ими наполняется. Света красного карлика просто недостаточно, чтоб выжигать эти их. Он дает тусклое слабое освещение, примерно как солнце при земных сумерках. А те виды ничего, живут. Приспособились к этому. Для них испарения растений важнейший источник питания.
- Это у растений тех, получается, что-то вроде темновой и световой фазы фотосинтеза? Под светом гиганта они что-то образуют, а во время темновой фазы это выделяют? – уточнил Кеша.
- Да, именно так. На Дее есть два вида жизни – биологическая и кристаллическая. Часто они входят в симбиоз друг с другом.
- Кристаллическая жизнь? Что она из себя представляет? Что ей движет?
- Она во многом похожа на биологическую жизнь, для нее характерны абсолютно те же процессы: обмен веществ, размножение, наследственность и так далее. А движут ей электрические токи, возникающие в кристаллах при взаимодействии друг с другом. Основным питательным веществом для кристаллической жизни являются различные соли, благодаря которым организмы могут наращивать тело. Подвижных форм кристаллической жизни встречается мало. Эти формы напоминают насекомых и червей. Чаще всего, конечно, живые кристаллы неподвижны, и напоминают они земное царство грибы.
Пока я был там, я занимался изучением этой жизни, и попутно на ее основе изготавливал роботов. Да, все мои роботы - это новые формы кристаллической жизни! Но не я один этим занимался. Правительственные высшие офицеры вместе с собственными штатами ученых тоже преуспевали в исследованиях. С этими людьми я был не в самых лучших отношениях. По многим причинам. Неудивительно, что они решили устроить заговор против меня. Убить они меня решили, утопив в кислотном вулкане одного из спутников. Когда мой космический корабль пролетал мимо кратера-озера кислоты, меня подбили. Кислота была в том вулкане вязкая, поэтому корабль сразу с головой ушел под нее. Меня контузило от выстрелов, и я ничего не мог сделать. Я осознавал, что пришла моя смерть. Но я был не один в корабле. Со мной рядом находилась та, кто долгое время была моей правой рукой – лейтенант Ева Бернштейн. Она была больше, чем правая рука. Я любил ее. Я никогда не злоупотреблял своим служебным положением, и поэтому не брал себе в личные помощники кого-то из званий ниже. Но Ева была исключением. Я решил взять ее к себе после того, как увидел, как добросовестно она выполняет все возложенные на нее обязанности. Такие редко встречаются. А там и влюбился. После того, как меня, как меня выбешивали все эти тупые подчиненные и эгоистичные офицеры… Мне так важно было спокойствие, которое она мне сполна давала. Она была такая же заботливая, как мама… Я помню, как она, задыхаясь от прорывавшихся в корабль капель кислоты, на руках выносила меня к капсуле эвакуации. В этой капсуле не было места для двоих, она, корчась от боли кислотных ожогов, засунула меня туда, попрощалась со мной, и потом капсула покинула утонувший в кислоте корабль. Еву настигла мучительная смерть… А моя капсула, тем временем, приземлилась на Дее. Я долго сидел возле нее и пытался все осознать. Утрату. Заговор. Я еще не отошел от контузии, поэтому и не заметил, как гигант медленно закатывался, и наставала очередь светить красному карлику, а значит, воздух уже наполнялся испарениями растений. Я вспомнил, что неподалеку отсюда есть одно место - хирургический стол производства киборга. Я отправился к нему. А воздух уже почти наполнился токсичными газами. Кое-как я дополз до лаборатории, смог открыть ее. И уже почти задохнувшийся я лег на стол и запустил программу. Вот так я и перестал быть человеком. Больно, конечно, было, когда машина отрезала конечности и вшивала в них что-то. Я вообще не был уверен, что это программа сработает. А, оказалось, сработала. Я выжил и стал сильнее. Ко мне подошел какой-то местный зверь, так ему вот этой рукой, - Крюгер пошевелил пальцами металлической руки – вынул сердце.