Я подготовился к вторжению на платформу. Для этого я на тягаче пригнал свой катер, тоже из дома. В порту с помощью наклонных рельс я спустил плавсредство на воду. С соседнего сиденья я взял буксировочный трос и ЛБСП. Мой единственный верный пулемет. Пока я его устанавливал, надо мной стали кружить чайки. Я поднял свой автоматический дробовик и шуганул их. Чайки это те еще твари. Я видел, как несколькими стаями налетали на рвотника. Это наглые, многочисленные и агрессивные птицы. На человека тоже могут напасть, особенно, если он с едой. Как-то меня приспичило на берегу перекусить. Когда я заметил чаек, бежать уже было поздно. Мне пришлось отбиваться от них. Это гораздо тяжелее, чем разбирать толпу зомби. В случае с чайками нельзя позволять им садиться на тебя, а иначе скинуть их будет крайне трудно, да и еще будут долбить, как дятлы. Для этого нужно не переставая крутиться и махать руками, стараясь, конечно, попадать по птицам. Еще почему я выстрелил в чаек – чтоб взять какую-нибудь убитую птицу, выпустить ей кишки и насадить на палку. Этот вариант пугала для птиц еще Робинзон Крузо придумал. На катере чайки могут и в воду скинуть, а попасть туда это почти уже верная смерть.
Я кроме пулемета и троса взял так же с собой Иона, чтоб он мог заменять меня за штурвалом.
Насколько я себя помню, у меня был все время страх глубины. Как вспомню, что подо мной еще сколько пространства, которого я не вижу, так в дрожь бросает. Километры, да даже если и не километры, десятки метров глубины, уже пугает. А еще же на этой глубине есть что-то живое…
Но так как я уже ко всему привык, это было для меня уже пустяки. Хватая перчаткой свежий морской воздух и глядя в глаза облаку, похожему на чью-то рожу на фоне пасмурного неба, я напевал свою очередную песенку. На это раз это была песня о пиратах. Одно время я от них дико тащился, поэтому и сочинил следующую песню:
Поднимем мы парус, оседлать чтобы ветер.
И пустим корабль в путь жизнью длиной.
Путь будет наш правый, мы в это все верим,
С тобой укротим мы нрав моря крутой.
Законы диктует нам только природа!
И судит нас только один бог – Океан.
Пусть волны бушуют, неся непогоду!
Один лишь невольник пусть чувствует страх!
……
Я настоящий пират, ураган мне как брат,
Сила моря со мной!
Мой легкий быстрый фрегат всех отправит вас в ад,
Я разбойник морской!
……
Как хищник свирепый, следя за добычей,
Живу ограбленьем торговых судов.
Я воин-комета и славный добытчик,
Всевечный я гость чужих берегов.
……
Я настоящий пират, ураган мне как брат,
Сила моря со мной!
Мой легкий быстрый фрегат всех отправит вас в ад,
Я разбойник морской!
……
И, добрые люди, не грызет меня совесть.
Но не по этой причине, что у меня нет души.
Которых я граблю, в тех черная помесь,
Они вам ведь горя несут больше в разы!
……
Я настоящий пират, ураган мне как брат,
Сила моря со мной!
Мой легкий быстрый фрегат всех отправит вас в ад,
Я разбойник морской!
……
Я знаю, когда-то растворюсь в вечном море,
Когда мой затонет сгоревший фрегат.
И тогда я полностью буду свободен…
Надышусь я покоем…
Возле дальше ведущих… Призрачных врат…
От пиратской песни меня отвлекли осы. Но я легко отбился от них с помощью автоматического дробовика. С обычным «Фобосом» или «Аресом» завязался бы трудный бой, и я не уверен, что выбрался бы из него живым.
Потом я увидел по черному пятну, что кто-то около моего катера плавал. Я насторожился. Что-то мне подсказывало, что лучше бы по этому пятну начать стрелять, но я не был уверен, что оно враждебно. Но оно стало таранить мой катер, причем с такой силой, что чуть не переворачивало его. Весом своего тела мне приходилось выравнивать судно. Я принялся палить по этому пятну. И я попадал, так как по воде растекалась кровь. Тварь решила поменять тактику: она запрыгнула ко мне на катер через его заднюю часть. И угадай, кто это был? Это был морж. Задняя часть катера вместе с ним ушла под воду. Клыкастая тварь, которую я вообще в первый раз жизни увидел, стала грести ластами по металлу, стараясь приблизиться ко мне. Я немедленно кинулся за пулемет, развернул его в сторону зверюги и шквалом пуль выбросил ее с борта. Задняя часть катера, избавившись от груза, поплавком вернулась в свое положение. Но по днищу растеклась вода. Катер даже зачерпнул какую-то рыбку. Я приказал Иону немедленно отъезжать, ибо на растекшуюся кровь должны были прибыть хищники посильнее.