За изучением трудов я и не заметил, как на землю спустились сумерки. И я умудрился проморгать чувство голода, которое за несколько часов полного игнора стало усиленно требовать свое. Но мне-то еще помыться нужно было и одежду почистить после экстремального грязевого аквапарка. Но я все сделал быстро, затем сладостно похавал и отрубился.
К сожалению, веселые сутки у меня еще не закончились. Где-то в 3 часа ночи меня разбудило ревом, похожим на раскат грома. Я включил свет и попытался разобрать обстановку. Я взглянул в окно. Когда я увидел желто-зеленый цвет и почувствовал резкий запах сероводорода, то все понял: на убежище напала рвотник. Ящера нужно было срочно уничтожить, так как он вполне мог со своей силой снести дом. Я накинул плащ и респиратор, взял лазер, а в оружейной комнате прихватил «Иглу», по карманам быстро распихал ракеты и мелкое оружие, которое могло пригодиться. Я вылез на крышу, где Токсин среди догорающих следов огнеопасной слюны вовсю отстреливался от дракона. Я стал попутно стрелять и расспрашивать Токсина:
- Когда он напал?
- Три минуты назад.
- Откуда он взялся? Почему не предупредил?
- Он прилетел с моря и сразу начал атаковать ближайшие здания. Переключился на наше. Он хотел снести его, пришлось обороняться. Предполагаю, что он болен.
Действительно. Здоровый рвотник никогда не будет атаковать здания, а тем более, растрачивать на них свою слюну. А эта падла подожгла мне весь дом. Со стен лезло вверх вонючее пламя, перекрывая мне обзор. Но мы с Токсином его видели и потихоньку убивали, когда он то взлетал, то пикировал на нас. Запах конкретно раздражал. Даже сквозь респиратор я чувствовал помесь всех ужасных для меня запахов: сероводорода, дешевых духов, протухшей рыбы и пролежавшего на солнце поноса.
Рвотник летал уже достаточно долго. Наш огонь, конечно, приносил ему вред, и он уже успел ослабнуть, но сражение на два фронта – с рвотником и запахами начинало надоедать. Я хотел быстро сгонять за пулеметом, чтоб несколькими длинными очередями наверняка завалить ящера. Но его следующее пикирование отменило этот вариант. Всей площадью тела он врезался в дом, покачнув его. Он сразу стал заплевывать меня клейкими большими каплями. Уворачиваясь от них, я заряжал ракету.
- Токсин, отвлеки его! – крикнул я. Робот подбежал к рвотнику почти вплотную. Лазером он выбил ему глаз. Со злости дракон своей пастью воткнулся в то место, где стоял Токсин. Бетон под силой мифологически-биологического существа раскрошился. Этого момента мне хватило, чтобы прицелиться и выстрелить. Я нацелился на снесенный бортик крыши, где выглядывало тело и крылья, которыми рвотник держался за целые бортики. Зажигательная ракета вонзилась прямо в тела ящера, подняв облако привычного оранжевого пламени. Дракон свалился на землю, где на готовящееся умереть тело сбегались зомби. Он был еще жив. Пришлось добить его еще одной ракетой. Рвотник был теперь мертв. Зомби большой дружной толпой поперли на халявное жареное мясо под соусом из горючей жидкости. Несмотря на грозящее сжарить их самих мясо, они лезли по нему, поджигались сами, но старались ухватить лакомый кусок. Не повезло бы, если бы большая популяция с нефтяной платформы захватила тело рвотника. Он и так живучий, а тут был бы просто неуязвимый. Дышал бы плевками со своими абордажными товарищами. Не попал, так поджег их.