Мы договорились с Масловым передвинуть разведывательные группы из района Риги на запад, в Курляндию, а некоторые из них передать штабу соседнего справа фронта.
Наш разговор прервал начальник штаба воздушной армии генерал-майор авиации А. А. Саковнин. Он вошел стремительный, веселый, шумный, в поскрипывающей новенькой кожаной куртке. Саковнин считался одним из способнейших руководителей авиационных штабов.
— Раз Маслов здесь, значит, какие-нибудь секреты? — спросил он.
Начальник разведотдела сдержанно пожал плечами, давая понять, что он считает свою работу слишком серьезной, чтобы ее вышучивать.
— Как вы собираетесь перебрасывать свою армию на новые места, за Даугаву? — спросил я А. А. Саковнина.
— Командующий армией генерал Науменко договорился с командующим 3-й воздушной армией генералом Папивиным, что мы принимаем у них аэродромы, которые вошли в нашу фронтовую полосу. Но, конечно, их будет недостаточно. Так что ищем подходящие площадки...
— А как вы намерены прикрывать перегруппировку войск фронта за реку?
— Истребительная авиация, которая будет прикрывать перегруппировку войск и переправу через реку, завтра перебазируется на новые аэродромы. Только вот что беспокоит: командующий решил переместить к югу армейскую станцию снабжения и армейские склады, а железная дорога там еще не восстановлена. Правда, начальник штаба 3-й воздушной генерал Дагаев обещал временно снабжать нас со своих складов.
Я заверил Саковнина, что в ближайшие дни железнодорожные пути будут приведены в порядок и закончится строительство мостов через Даугаву. Сказал ему также о том, что немцы собираются взорвать Кегумскую ГЭС, видимо, пригонят на станцию рядом вагоны со взрывчаткой и что их необходимо уничтожить.
— Ясно. Мы выделим для этой цели специальную группу летчиков.
После Саковнина ко мне зашли начальник штаба тыла фронта генерал И. И. Левушкин, начальник военных сообщений полковник Н. П. Пидоренко и начальник управления военно-восстановительных работ генерал И. С. Картенев. Я познакомил их с новыми задачами. Вместе мы обсудили, как сделать ответвление на юг от фронтовой автомобильной дороги, организовать питательные и ремонтные пункты, договорились о выделении бензозаправщиков, уточнили сроки готовности железнодорожного моста через Даугаву у Крустпилса. Однопутный трехпролетный мост длиной 276 метров был снесен полностью: устои и быки взорваны до фундамента, а фермы расчленены на части и обрушены в воду. Генерал Картенев сообщил, что восстановительные работы начались 2 сентября. Ведет их 13-я железнодорожная бригада. Трудиться приходится под артиллерийским обстрелом: в 5–6 километрах передовая.
— Через день-другой мост будет готов, — заверил И. С. Картенев.
* * *
С 26 сентября началась переброска войск на юг. 22-я армия оставила на своем участке севернее Даугавы только 118-й укрепрайон. Два ее стрелковых корпуса, в том числе и 130-й латышский, уже переправлялись через Даугаву в районе Кокнесе. Остальные соединения подходили к реке.
Главные силы 3-й ударной армии двигались к понтонному мосту, наведенному близ Яунелгавы.
10-я гвардейская и 42-я армии с танковым корпусом и тремя дивизиями 3-й ударной продолжали наступать. За два дня они продвинулись на 8–15 километров и вышли к Малплису, Сунтажам, Лиелварде.
Во второй половине 27 сентября я поехал в 42-ю армию. Вместе с командармом — своим однокурсником по академии Генштаба — генералом В. П. Свиридовым побывал в двух стрелковых корпусах. До полудня армия прорвалась вперед на 4–6 километров, до укрепленного рубежа противника «Сигулда».
По возвращении на армейский НП В. П. Свиридов доложил мне, что, по данным разведки, против армии на рубеже «Сигулда» обороняется больше четырех немецких дивизий.
— Снаряды у нас иссякли, танков почти нет, — заявил он. — Ожидаем, что вы пополните нас перед прорывом.
Я обещал доложить об этом командующему, но предупредил, что фронт имеет мало средств для обеспечения наступления войск.
* * *
Утром и вечером 28 сентября 10-я гвардейская и 42-я армии пытались прорвать оборонительный рубеж «Сигулда», но больше двух траншей первой позиции пробить не смогли. Пленные показали, что во многих их ротах оставалось по 15–20 человек. Однако гитлеровцы быстро получили пополнение. Оно прибыло из Германии морем. Интересно, что в числе прибывших было 2 тысячи юнкеров летной школы. Видимо, в Ригу направили тех, кто оказался под рукой. Несостоявшихся авиаторов использовали для укомплектования 10-го армейского корпуса.