На лице Хоторна промелькнула улыбка, напомнившая об их второй встрече. Увидев ее, Маргарет до боли захотела зажать его губы пальцами, отругать Монтрейна за его слова. Вместо этого она отвернулась и заставила себя смотреть на раскинувшийся за спиной графа пейзаж и на то, как трава волнами клонилась к земле под порывами ветра. На небо. Ветер с силой гнал по небосводу свинцовые тучи, между которыми время от времен мелькали кусочки голубого неба. Гармония в природе позволяла сосредоточиться.
Хоторн шагнул к Маргарет и убрал с ее лица кудряшку, заправив ее за ухо. Женщина отшатнулась.
– Быть моей любовницей не так уж плохо, – сказал Майкл. – В этом есть определенные преимущества.
– Нет, преимущества есть в сельской жизни, – возразила Маргарет.
– Но можно ли их сравнить, с теми, которые я предлагаю тебе, Маргарет, а? – настаивал Хоторн.
Он приблизился к ней еще на шаг. Она бы должна была усвоить урок и помнить, что Майкл Хоторн не из тех людей которых легко остановить. И становиться на его пути бессмысленно.
– Не сомневаюсь, что ты готов купить мне дом, – промолвила Маргарет, пряча дрожащие руки в складках юбки. – Возможно, ты предложишь мне даже экипаж у кучера. Наверняка накупишь целый гардероб. Возможно, я получу ящик-другой книг, чтобы мне было чем занять себя. Чтобы я особо не переживала из-за того, что ты много времени проводишь со своей женой, так? А что еще ты мне предложишь?
– Ты получишь всего меня, Маргарет, – ответил Хоторн. – Это идет в счет или нет?
Искушение было слишком велико. После смерти Джерома прошло целых два года, прежде чем к ней прикоснулся мужчина. Но Маргарет казалось, что те недели, которые прошли после их встречи с графом Монтрейном, тянулись еще дольше.
– Неужели ты не можешь найти в Лондоне женщину, которая придет в восторг от таких предложений, Монтрейн? – спросила Маргарет.
– Видишь ли, – заговорил в ответ Хоторн, – для меня куда интереснее иметь дело с вполне определенной женщиной.
Маргарет отвернулась, слова Хоторна удивили ее.
– Я думала, ты занят поисками невесты, – наконец сказала она.
– Все дело в том, что каждую претендентку из моего списка кандидаток на роль невесты я по той или иной причине вычеркнул, – признался граф. – Осталась там, правда, одна, но что-то я не уверен, что она мне подойдет.
Маргарет удивленно посмотрела на Монтрейна.
– Я сочувствую женщине, которая настолько раздражает тебя, что ты даже не решаешься попросить ее руки, – вымолвила она.
Лицо Хоторна осветила столь приятная улыбка, что Маргарет заставила себя отвернуться.
– Я не стану твоей любовницей, – решительно сказала она. – Независимо оттого, насколько убедительными будут твои доводы.
– Что ж, может, тогда заключим сделку? – предложил Хоторн.
– Какую еще сделку, Монтрейн? – Ну почему у нее не хватает воли не уступать любопытству?!
– Подари мне неделю, – попросил Хоторн. – Всего одну неделю твоей жизни.
– В обмен на что? – поинтересовалась Маргарет.
– На то, чтобы положить конец этому безумию, – резким тоном проговорил Майкл. Его настроение неожиданно изменилось, словно летняя гроза пробежала по его лицу. Впрочем, возможно, Монтрейн всего лишь притворялся сговорчивым, а на самом деле у него совсем другой – вздорный характер? Может, он с самого начала сердился на нее? – Маргарет, даже моя работа страдает! Вместо того чтобы заниматься делами, я целыми днями только и думаю о женщине, которая позволила мне любить ее при свете солнца!
Маргарет почувствовала, что краснеет.
– Подари мне всего одну неделю, – еще раз попросил Монтрейн, – а после этого я никогда не побеспокою тебя. Ты снова сможешь зажить обычной жизнью.
– Я так и живу, Монтрейн, – возразила она.
– Нет, – сказал граф, покачав головой. – Этого не может быть, потому что я все еще не избавился от наваждения.
Его слова прозвучали для Маргарет столь странно, что она несколько мгновений не знала, что и сказать в ответ.
– Неужели ты не понимаешь, что даже вдовы не защищены от скандалов? – наконец нашла в себе силы заговорить Маргарет. Она очень рассердилась. – Несмотря на то что я живу в деревне, у меня есть репутация, которую я должна защищать. Именно поэтому я не давала никому свой адрес и просила мне писать на имя Сэмюела, именно поэтому я должна была быть очень осторожна, продавая «Записки» Августина!
– Ну да, если не считать одного дня, когда ты забыла все на свете, Маргарет, – промолвил Монтрейн.
У нее перехватило дыхание.
– С твоей стороны бестактно вспоминать об этом, Монтрейн! – выпалила Маргарет.