Я откинула голову назад и расслабилась, лежа всем телом за исключением лица в горячей воде. Затылок слегка упирался в заднюю часть ванны, а ягодицы в ее скользкое дно. Я чувствовала прохладный воздух лицом, которое тоже было мокрым. Я была полностью погружена в воду, которая приятно ласкала меня, проникая в каждую мельчайшую ложбинку моего тела.
Это было просто невероятно.
Небесно.
После стольких часов страха, боли и напряжения, мне наконец-то удалось расслабиться. Мои руки, словно невесомые, лежали на поверхности воды, слегка покачиваясь ей в такт. Ноги, слегка раздвинутые и согнутые в коленях, не касались дна, как будто там, в воде, кто-то натянул невесомые шелковые ленты, и они поддерживали их. Я практически не слышала посторонних звуков кроме плеска воды. Сердце, наконец, успокоилось, и теперь билось в нормальном ритме, дыхание также стало ровным и неспешным. Я чувствовала, как что-то, похожее на электрические импульсы, проходит по всему моему телу.
Я решила, что неплохо было бы сесть, и, взяв шампунь, вымыть голову. Но не смогла этого сделать, наслаждаясь блаженством, и так и осталась лежать.
Лежать в теплой, уютной, расслабляющей воде.
Через некоторое время мои мысли странным образом плавно перенесли меня в лес… Я ничего не искала там, а просто шла сама по себе. Но вдруг увидела свет костра и направилась к нему.
И там я увидела Джуди. Она, как и раньше находилась под деревом, блестя и отражая своим телом свет костра. Красная бандана так и висела вокруг ее шеи.
Но никаких следов побоев и рубцов не было.
Выглядела она прекрасно.
Когда я подошла к ней ближе, она сказала:
- Элис, я знала, что ты вернешься.
- Значит, ты знала больше, чем я.
- Я всегда знала больше, чем ты, - cказала она, хитро ухмыляясь.
- А я вот даже не знаю, как найти это место, - ответила я ей.
- Но ведь ты как-то его нашла?
- Мне просто повезло. Сегодня моя счастливая ночь.
- И моя тоже, - сказала Джуди.
- Почему ты так считаешь?
- Потому что ты вернулась за мной. Ведь так?
- Да, я, правда, пришла за тобой. Не могу оставить тебя здесь.
- Ты такая… милая…
- Точно, - сказала я, улыбнувшись.
- Тогда поцелуй меня.
Ее фраза ввела меня в состояние ступора. Я засмеялась и покачала головой:
- Нет уж, спасибо, конечно, но…
- Не бойся меня, - сказала она.
- А я и не боюсь.
- Ты ведь любишь меня, правда?
- Нет!
- Ты вернулась, потому что любишь меня.
- Я вернулась совсем не поэтому.
- Тогда почему?
- Потому, что нельзя оставлять тебя здесь. Это неправильно. Мне не хочется, чтобы ты погибла. Если бы это случилось, я бы просто не выдержала. Ведь ты не сделала мне ничего плохого. И помогла справиться с Майло.
- Все-таки ты любишь меня?
- Хватит городить ерунду.
- Поцелуй меня, и тогда перестану.
- Я не собираюсь тебя целовать.
- А, может быть, все-таки собираешься? - oна высунула кончик языка и медленно облизала губы, отчего они стали влажными и заблестели. - Не бойся. Это не больно.
- Я не собираюсь тебя целовать вовсе не потому, что боюсь, что это будет больно.
- Тогда почему?
- Просто не собираюсь.
- Я не расскажу об этом никому. Обещаю. Это будет нашей маленькой тайной. Твоей и моей.
- Я не уверена.
- Да-да. Сделай это. Тебе ведь хотелось поцеловать меня еще с самого начала.
- Нет.
- Везде. Ты хотела целовать меня везде. Ласкать мой рот, груди…
- Сейчас же заткнись.
- Везде.
- Нет.
- Ну же, Элис, сделай это. Я хочу тебя. Прямо сейчас. Я хочу тебя больше всего на свете.
Мелко дрожа, я кивнула, и, чуть подалась вперед, пока наши тела не соприкоснулись. И нежно поцеловала Джуди полуоткрытыми губами.
Руками и ногами она крепко вцепилась в меня.
- Теперь ты моя, сука!
Но это не был голос Джуди.
Это был мужской голос, низкий и скрипучий.
И держала меня уже не Джуди. Это был Майло. С заляпанным кровью лицом и выпученными глазами, он сжимал меня настолько сильно, что я просто вдавливалась в его мягкую толстую тушу. Я попыталась закричать, но он подавил мой крик своим ртом. Я почувствовала на своих губах его липкие слюни, а через мгновение он скользнул языком в мой рот. Только это оказался вовсе не язык. Он был слишком толстым и твердым для языка. И очень длинным. Его конец уперся мне в горло.