Я покачала головой.
- Что мне сделать, чтобы ты рассказала? - cпросил он.
- Думаю, угостить меня еще пивом, - ответила я.
- А ты не сбежишь, когда я отойду за ним? - cпросил он, вставая.
- Ни в коем случае.
Он удивленно поднял вверх брови, будто хотел узнать, почему.
- Я не могу сбежать, - объяснила я. - Теперь я должна убить тебя.
Это была шутка. Естественно, я вовсе не собиралась его убивать. В этом просто не было никакой необходимости. Как я уже писала выше, я собиралась обеспечить его молчание немного другим способом. Мне надо было, чтобы он трахнул меня.
Глава 32. Торги
Когда Мерфи вернулся с кухни с двумя новыми бутылками пива, он выглядел скорее возбужденно, нежели обеспокоенно. Сев на диван, он наполнил наши кружки пивом.
Я сделала глоток и сказала:
- Ну, что ж, предлагаю тебе закрыть входную дверь и достать свою чековую книжку.
- Конечно. Сейчас.
Снова встав, он подошел к входной двери и закрыл ее, а затем исчез в другой комнате. Вернулся он оттуда уже с чековой книжкой.
Я протянула руку.
- Ты хочешь взглянуть на нее?
- Ты хочешь услышать мою историю, значит и я имею право посмотреть на это.
- Ну… - пожав плечами, он передал мне книжку.
Немного пролистав ее, я поняла, что он очень внимательно отслеживает свой баланс, и, воспользовавшись простой арифметикой, убедилась, что в данный момент на его счету было около двенадцати тысяч долларов. Плюс минус несколько сотен.
- Неплохо, - сказала я, взглянув на него.
- Просто совсем недавно я получил аванс.
Я почувствовала легкое головокружение. Когда на вашем собственном счету не более двухсот баксов, да вы еще к тому же и безработная, двенадцать тысяч выглядят как что-то уму непостижимое. Слегка нахмурившись, я сказала Мерфи:
- Имея такую сумму, ты мог бы предложить мне и больше тысячи.
- Сколько ты хочешь?
- Как насчет десяти?
- Десяти тысяч? В таком случае у меня ничего не останется на жизнь. Это все, что у меня есть, и больше не будет в течение нескольких месяцев.
- Скольких месяцев?
- Ну, я точно не знаю. Это же все примерно. Возможно месяцев шесть или восемь. Плюс, в сентябре мне еще необходимо будет оплачивать подоходный налог, и если за это время я ничего больше не получу, то останусь совсем ни с чем. А за это время я вряд ли получу еще какие либо деньги. Налоги оставят меня без гроша.
- Ну ладно, а как тогда насчет пяти тысяч? - предложила я.
Он поморщился.
- Пять тысяч наличными, и я рассказываю тебе всю историю. Я даже подпишу бумагу, которая даст тебе все права на нее. И тогда тебе не придется выплачивать мне проценты, даже в том случае, если из этой истории выйдет мировой бестселлер или даже блокбастер. Как тебе такое предложение?
- Даже не знаю, что и ответить, - cказал он.
- Если денег не так много, просто не плати все это время налоги.
- Легко так говорить…
- Моя история точно сделает тебя богатым.
- Но ведь я пока даже не знаю, как смогу ее использовать. Ведь я понятия не имею, даже о чем она.
- И никогда не узнаешь, если не заплатишь пять штук.
Он посмотрел на меня очень хмуро, но все же я смогла уловить блеск в его глазах. Мне даже показалось, что он чуть ли не улыбался, когда потянулся за своим пивом. Взяв кружку, он сказал:
- Дай мне хотя бы намек.
- Намек?
- Что-нибудь, чтобы подогреть аппетит. Чтобы заставить меня пойти на риск. Все-таки, пять тысяч долларов - это огромная куча денег.
- Ну, предположим, я расскажу тебе, что вчера вечером убила двух человек. В целях самообороны. Причем один из них был серийным убийцей.
Выпучив глаза, он уставился на меня.
- Что скажешь на это? - cпросила я.
- Если это правда…
- Это правда.
- А полиция знает об этом?
- Я так не думаю. И ни в коем случае не вздумай рассказывать им, все равно, в конце концов они обо всем узнают сами. Возможно, даже сегодня, а может и завтра или послезавтра. Все зависит от того, когда найдутся некоторые вещи.
- Тела?
- Вроде того.
- Но ты должна рассказать об этом полиции. Ведь… ты же сказала, что это было в целях самообороны, верно?
- Да, я действительно так сказала.
- И это правда?
- Практически.
- Практически? То есть, ты хочешь сказать, что это не было самообороной?
- Нет. То есть, не совсем… Все гораздо сложнее.