— Доброе утро, — голос генерального вывел ее из состояния полусна. Бодрый и пахнущий духами, он проходил к себе в кабинет.
— Доброе утро Николай Владимирович.
С появлением шефа в Дашу как будто вставили стальную пружину. Она выпрямила спину, открыла пошире глаза и приятно улыбнулась.
— Спим? — демократично спросил шеф.
— Нет, Николай Владимирович, релаксируем, — волну начальственного настроения Даша ловила на лету.
— Сделай мне кофе, — бросил он по-свойски.
Даша приготовила кофе, поставила его на круглый поднос и понесла в кабинет к шефу.
Николай Владимирович был маленький человечек с очень пухлыми и очень короткими пальцами. Такой же короткой у него была шея. Нужно добавить, что и весь этот господин был довольно короток — стоя на толстой подошве своих первоклассных туфлей, он едва достигал Даше до кончика носа. Положив руки на стол, он любил поигрывать переплетенными пальцами, которые в движении становились похожи на шевелящихся насекомых. Даша наблюдала эту игру несколько мгновений, после чего Николай Владимирович, не глядя на нее, проговорил:
— Значит так. Алла не вполне справляется со своими обязанностями. Мы планируем на это место тебя. Но это пока между нами, ты, надеюсь, понимаешь? — он поднял на Дашу крупные выпуклые глаза.
Глядя сверху, было особенно заметно, что, по сравнению с глазами, рот и нос у Николая Владимировича непропорционально малы. То, что находилось у него на лице, скорее, можно было назвать 'ротик' и 'носик'.
— Для начала ты должна войти в курс дела, — продолжал он, доставая из папки лист с изображенной на нем блок-схемой. — Вот, это структура компании. Изучи. Особое внимание обрати на наши филиалы на юге и на западе. Тебе придется контактировать. Подойди к Алле, попроси у нее наши внешние контакты. Скажешь, что нужно мне. Ознакомишься пока, кто есть кто.
Даша затаила дыхание. Она сделала небольшую паузу, ожидая, не добавит ли шеф еще чего-нибудь, после чего проворковала:
— Окей, Николай Владимирович…
Она вышла из кабинета окончательно проснувшейся. Но это были еще не все сюрпризы на сегодняшний день.
— Доброе утро, — приветствовал ее по телефону приятный мужской голос. Звонили не на офисный, а на ее личный мобильный телефон. Номер входящего звонка был скрыт.
Сначала Даша хотела ответить, что не разговаривает с неизвестными абонентами, но любопытство было сильней.
— Доброе, — проговорила она, добавив нотку изумления.
— Что вы делаете в обеденный перерыв? — голос был неуверенный, но свежий и молодой.
От такой наивности Даше хотелось расхохотаться. Но она ответила, напустив на себя строгость:
— Потрудитесь назвать свое имя.
— Я позже представлюсь… — взволнованно заговорили на том конце. — Я работаю в этом же офисе…
— А я позже отвечу, — оборвала его Даша и нажала отбой.
Она досмотрела, как медленно тухнет экранчик с надписью 'Вызов завершен' и улыбнулась про себя. Настроение у нее было превосходным.
6. Встреча
Сегодня с утра Инга вынесла и поставила на край мусорного бака миску с супом. Не в силах смотреть на то, как несчастный бомж ковыляет к старой алюминиевой миске с дымящимся варевом, она развернулась и быстро пошла домой.
— Лера, — сказала она, входя, — ты видела, что Темирбаев роется в мусорном контейнере около нашего подъезда?
— Не видела, — ответила Валерия, ковыряясь в системном блоке с отверткой в руках.
Инга подошла и осмотрела пучок цветных проводков, торчащих из какого-то отверстия.
— Что ты делаешь? — удивилась она.
— Ничего, — огрызнулась Валерия.
Меньше всего ей сейчас хотелось, чтобы мать видела, как она подключает к своему старому компьютеру чужой жесткий диск.
— Я, кажется, ничем тебя с утра не обидела…
— А я что? — Валерия выпрямилась и посмотрела раздраженно.
— А ты, разумеется, ничего.
— Да ладно тебе, — став бочком и прикрыв собой раскуроченный компьютер, Валерия посмотрела на мать. — Ну, что Темирбаев?
— Он стал как бомж, — отвечала Инга, — и питается от нашего мусорного бака.
Валерия прошла на кухню и выглянула в окно.
— Как в этом существе о двух ногах можно кого-то узнать?
— Ты приглядись, это он.
Валерия посмотрела скептически.
— Приглядись, приглядись.
— Это всё?
— Лера, такое впечатление, что ты не среди людей живешь. У него, говорят, квартиру отобрали.
— Кто говорит, Рая с Зоей?
— А хоть бы и Рая с Зоей. Через пастора этого оформили как взнос в 'Красный крест'.
— А зачем ему в 'Красный крест'?