— Чтобы уехать на родину. Ему пообещали помочь, оформить документы. С такими людьми случается…
— Мама, вечно ты сплетни собираешь.
— Я не собираю. Просто надо теперь что-то делать. В милицию сходить. Рассказать, объяснить. Есть же отдел по борьбе с такими людьми.
— Отдел по борьбе, мама, бывает с организованной преступностью. А они честные маклеры. И охота тебе лезть в чужие дела.
— Но ему нечего есть.
— Нам самим скоро будет нечего есть.
— Ну так оформляйся на работу.
— Оформляйся! Как будто дело только за оформлением.
— Ты же сама сказала, что работы по твоей специальности пруд пруди.
— Я, мама, знаешь, что думаю… Мне Дашка доклад дала писать, для шефа её шефа. Ну как бы от его имени, поняла?
— Для шефа её шефа?
— Да.
— Поняла. Это та кипа бумаг, что у тебя на столе?
— Ну да.
— Лера! Я думала, это твоя дипломная, — Инга покачала головой, — когда же ты возьмешься?
— Сейчас некогда, мам. Послушай, что я говорю. В общем, если я напишу этот доклад, а я его напишу, это будет как бы ее пропуск наверх, понимаешь?
— И что?
— Ёе повысят.
— До генерального директора, надеюсь?
— Мам, ну зачем ты так.
— Я думаю, твою Дашу за красивые глаза взяли. Мягко выражаясь.
— Не только. Не только, мам. Красивые глаза — это, конечно, обязательное условие, но к ним неплохо бы еще ума приложить.
— А ум она у тебя подзанять собирается?
— Мам, я могла бы тебе вообще ничего не говорить.
— Ну хорошо. Её повысят, и что дальше?
— Я попрошу Дашку замолвить за меня словечко. Ну, мол, умная девушка, перспективный сотрудник, или что там в подобных случаях говорят.
— А ты уверена, что ты его напишешь? Всё-таки столько бумаг.
— Бумага всё стерпит. Там разрозненные данные. Их надо более-менее по смыслу увязать, и всего-то.
— Лера… а это не секретные материалы?
— Господи, мама! Тебе пора уже прекращать смотреть сериалы.
— Я и не смотрю.
— Я и вижу.
Они помолчали.
— Мам… — заговорила Валерия, — а не будет ли это… ну, так сказать… наглостью?
— Какой наглостью?
— Просить Дашу.
— Но она же просит тебя.
— Просит. Ты не знаешь Дашку.
— Кажется, за эти годы я отлично её изучила.
— Может быть. Но для нее перекладывать работу на кого-то — это всё равно что дышать. Она такой человек.
— Вот-вот. Кому бы о наглости задумываться.
— Да нет, мам. У нас другие отношения. Всё это естественно. Только для меня просить неестественно. Я боюсь, вдруг этим самым она станет кому-то обязана, ну и понимаешь… когда девушка обязана…
— Понимаю.
— Вот. Что я и хотела сказать.
— Послушай, Лера. Пусть Даша сама думает, обязана она там или не обязана. Тебя это как касается? Если её так тяготит обязательство, тогда она просто откажет тебе, и всё.
— Нет, мама, она не откажет. В этом всё дело.
— Ну-у, ты уже заранее просчитала! И что она не откажет, и что тебя возьмут, и что она окажется обязанной. Да, может, вся твоя затея так и закончится пшиком, а ты уже выдумываешь какие-то тонкости.
— Я не выдумываю. И почему-то мне кажется, что пшиком это не закончится.
— Хорошо. Раз ты так переживаешь за Дашины обязательства, почему бы тебе не устроиться куда-нибудь в другое место, независимо от нее? Тебе что, обязательно работать с ней на одной фирме?
— Как сказать… Может, и обязательно.
— Ой, не знаю я, Лера. Все твои прожекты… это еще бабка надвое гадала.
Инга взяла в руки пульт, полагая, что разговор закончен, и сделала телевизор погромче. Валерия сидела безучастная к тому, что происходит на экране. Она подумала о жестком диске, который надо было пойти и подключить, и ей стало не по себе. Отчасти она была рада, что мать отвлекла её от этого занятия.
— Мам, — позвала она через время, — а этот, который приходил тогда, ну, мент… он потом еще приходил?
— А? — увлеченная действием на экране, Инга не расслышала. — Кто приходил?
— Сделай потише! Или я должна перекрикивать?
Инга убавила звук.
— Этот мент, — Валерия подавила раздражение, — который приходил тогда ночью, он потом еще приходил? Он же, кажется, собирался?
— Нет.
— Нет — это 'не приходил' или 'не собирался'?
— И то, и другое. Нет — это значит нет.
— Понятно.
Теперь Инга сделалась ко всему безучастная. Даже телевизор больше не возбуждал её интереса.
— Лера… — сказала она тихо, — Лера, а что было бы, если бы он пришел?
— Да, в общем-то, ничего.
— Но раньше ты чего-то боялась.