— С первой минуты. Лерик, послушай, а… этот Налысник, он что, правда… мертв?
— Абсолютно.
— Но это какая-то ошибка!
— В морге не ошибаются.
— О боже! Не говори таких слов. При чем здесь морг?
— А куда, ты думаешь, труп повезли? Да и мать моя… полночи блевала после опознания.
— Хватит! — Даша выставила вперед руку, отгораживаясь. — Какой ужас…
— Что ужас? Ужас то, что ты ляпаешь своим языком что попало. К чему, ну к чему ты наврала, что сегодня видела его? И что это за натура у тебя все время врать?
— Я не вру, — Даша обиделась. — Тебе я не вру, — поправилась она.
— И ты действительно видела его? — с легкой издевкой спросила Валерия.
— Да. Он зашел сегодня, весь помятый и какой-то… изорванный. Посидел с полчаса, я как раз успела с Илюшей договориться, чтобы он меня подменил. Как только я ушла, и он следом за мной вышел. Вот это только я и сказала. Только это, и больше ничего. Ну скажи, как это может быть, чтобы он был мертв? Может, эти менты запугали вас просто?
— Не знаю… — Валерия сидела с застывшим лицом.
— А ты сама его видела, этот труп?
— Не видела, — проговорила Валерия совсем тихо.
— Ну вот. Ты сначала выясни все как следует, а потом запугивай. А то сразу трупами пугать… Кошмар какой-то.
Через несколько минут она уже оправилась от волнения и принялась рассматривать свой маникюр. Подушечкой большого пальца Даша протерла каждый ноготок, затем вытянула руку, полюбовалась ею, после чего взяла зеркало, где-то в складках одеяла отыскала затерявшийся пинцет и начала щипать брови.
— Отдерни, пожалуйста, занавеску, — пробормотала она, вся поглощенная своим занятием. — Плохо видно.
Валерия встала с кровати и отдернула. Потом взяла еще одну гроздь винограда и начала есть ее, глядя в окно. Перед ней стояла безрадостная картина: серый покосившийся забор, слякоть и бездорожье частного сектора. Вот прошла грузная женщина с сумками, чуть погодя — девушка в ярко-красных сапогах, красных перчатках и красном шарфе. От холода кончик носа и мочки ушей у нее стали почти такими же красными, как шарф и сапоги, — Валерия отметила это машинально про себя, — но девушка мужественно выдерживала ноябрьские холода и шла без шапки.
— А какой он из себя? — спросила она, вернувшись к Даше на кровать.
— Друг Брита?
— Какой еще друг? Мент!
— О боже, ты опять… Ну какой-какой… такой весь ментовской. Не знаю даже, как тебе описать.
— Рост, цвет глаз, общее впечатление?
— Скажешь такое. Цвет глаз… Я что, глаза его рассматривала. Я тебе говорю, ночь не спала. Мне как раз до глаз его было… — все это Даша промурчала, не отнимая пинцет от бровей.
— Но рост ты хотя бы заметила?
— Рост? М-м… обычный.
Валерия посидела еще немного, наблюдая, как беспечно двигаются полупрозрачные, словно вытесанные из мрамора пальцы, затем перевела взгляд на такие же мраморные ступни, что виднелись из-под одеяла, — они были похожи на две маленькие, совершенной формы рыбки — и засобиралась уходить.
— Лерик, — Даша оторвалась от своего занятия, — Лерик, — повторила она вкрадчиво, заглядывая подруге в глаза, — как там моя дипломная поживает?
— Я еще не бралась.
— Лерик! — в голосе ее послышался очаровательный каприз.
— Да сделаю, еще почти год впереди.
— Лерик… — на этот раз прозвучало с надеждой.
Валерия только отмахнулась, как от какой-то ерунды.
— Но ты хотя бы свою уже начала?
— Нет еще.
— Как же ты успеешь? — на лице у Даши показалось беспокойство.
— Успею, не стони.
— Все, все, умолкаю, умолкаю… — покорно согласилась она.
Тяжело ступающая, неопрятная женщина закрыла за Валерией дверь. У нее было грубое лицо-маска, и маска эта имела выражение боксера-тяжеловеса перед выходом на ринг. Правда, когда она поворачивала ключ в замке, перед глазами Валерии мелькнули руки, удивительно похожие на Дашкины, но только формой. Ни кожа этих рук, ни их движения не были такими красивыми. Она быстро перевела взгляд на ступни, но рассмотреть их не удалось — женщина была обута в стоптанные, потерявшие вид тапочки.
Валерия прошлепала по жуткой грязи от крыльца до калитки и оказалась на улице. По дороге между кусками разбитого асфальта текли потоки мутной воды. Она аккуратно переступала их, точь-в-точь как та девушка в красных сапогах. Выбравшись на более-менее сухое пространство, она зашагала уверенней.
***
До вечера оставалось совсем немного. Навстречу ей попалась стайка девчонок-старшеклассниц. Валерия подумала, что еще не так давно сама была одной из них. Она проводила школьниц взглядом, отмечая, что почти все они выше ее и выглядят более… представительно, что ли. Наверное, оттого, — мелькнула у нее мысль, — что они на каблуках. Она еще раз посмотрела им вслед, и решила зайти в обувной магазин.