— Извините, — сказала Даша, — я не знала, что вы боитесь высоты.
— Я ничего не боюсь! — прошипел Юлдасов в бешенстве.
Даша пугливо отпрянула.
— Извините… Там совсем невысоко… Я только из-за лебедей. Просто посмотреть…
Юлдасов круто повернулся и зашагал прочь. Даша испуганно засеменила сзади. Дойдя до корпуса, в котором располагался ее номер, она замешкалась. Идти к себе или продолжать следовать за боссом?
— Сергей Вадимович, — робко обратилась она к Юлдасову, который за всю дорогу не сказал с ней ни слова, — я вам больше не нужна?
— Нет! — рявкнул он, не оборачиваясь.
***
Войдя в свой номер, Юлдасов завалился на диван.
Разглядывая уродливый водопад на стене, он думал: повлияет ли на качество заклинания то, что он не успел сплюнуть? В общем-то, заклинание, хоть и с перерывами, было произнесено. Но вот окончание ритуала… он начал припоминать последствия всех предыдущих 'трещинок'. Они были крупные и мелкие — в зависимости от того, какая была трещинка. Если бы Юлдасов вдруг потерял всё что имел, то, переработав весь свой эзотерический опыт, он вполне мог бы стать гадателем по трещинкам на асфальте.
Пролежав так около часа, он почувствовал голод и вспомнил, что все участники конференции уже подкрепляются в ресторане. Позвонил сисясин Сахошко и спросил, не нужно ли принести запись второй части конференции. Юлдасов сказал 'позже'. Он снова заказал в номер картошки и говядины с соленым огурчиком и с аппетитом все это съел.
Его настиг легкий стыд: как нелепо все это должно было выглядеть перед Дашей! Но еще через полчаса он прислушался к себе и понял, что его уже ничего не беспокоит. С чувством сытости пришел оптимизм.
Обычно тоскливое настроение после 'трещинки' не отпускало несколько часов, но сейчас этого не было. Он чувствовал только нелепость своего положения и досаду. Значит, сработало… Юлдасов выпил коньяка.
Второй вопрос был — Даша. Всё-таки для чего-то он потратил деньги на ее апартаменты с огромной кроватью. Американцы… еще далеко. А он здесь и сейчас. Он набрал ее номер.
— Что делаешь?
— Сергей Вадимович! — голос Даши казался обрадованным. — Пока ничего.
— Какие планы?
— Не знаю. Овечка зовет в бассейн, а Сальников — в лес. Там уже собралась компания, жарят шашлыки.
— Ну и что ты выбрала?
— Я пока еще думаю.
— Молодец, узнаю Дашу. Я хочу предложить тебе кое-что получше, чем лес и бассейн.
— Что?
— Я хочу предложить тебе провести вечер в моем обществе.
— О! — она игриво рассмеялась.
— Через полчаса в баре.
На том конце провода колебались. Или делали вид, что колебались.
— Ну что, Даша? — поторапливал он ее.
— Опять будете говорить об американцах? — произнесла она с детской обидой.
— Никаких американцев.
— Тогда ждите, — и Даша положила трубку.
Это властное 'ждите' царапнуло его.
***
'Как предсказуема жизнь, — думал Юлдасов, ведя Дашу за руку. — Вечер, ресторан, Даша… завтрашнее утро'. Нет, его мощная натура желала трудностей и адреналина. Лишь сегодняшнее приключение с трещинкой всколыхнуло тихую заводь, а всё остальное… Если бы его несчастья не касались близких, Юлдасов готов был побороться с судьбой. Да, он хотел бы бросить ей вызов.
Они пошли прогуляться по лесу. Не по тем местам, откуда доносились полупьяные возгласы и женский смех, а туда, вглубь чащи, где заканчивались песчаные тропинки, и желтые фонарики по обеим сторонам уже не освещали путь.
— Нравится здесь? — спросил Юлдасов, когда они оказались в полной темноте.
— Да… — нетвердо ответила Даша.
— Я люблю такие места. Нецивилизованные.
— Оригинально.
— Я, знаешь, что? — Юлдасов остановился, — стихи вспомнил. По вечерам над ресторанами… — проговорил он неуверенно. — По вечерам над ресторанами… Нет, забыл.
Они пошли дальше.
— Слышишь? — пройдя с десяток шагов, он опять остановился и прислушался.
— Что?
— Шуршит.
— Что шуршит? — Даша хотела попасть ему в тон, но у нее не получалось. Слова выходили зажатыми, испуганными.
— Ёжики, — ответил Юлдасов. В голосе его послышалось что-то детское.
Даша зябко повела плечами. Они стояли на лесной тропинке, тоненькие каблучки ее увязли в мягкой, устланными лежалыми листьями земле. Пахло грибами.
— Что, замерзла? — он снял свой теплый шарф и закутал ей плечи и шею.
— Не надо… — кокетливо протестовала Даша.
— Вспомнил!
По вечерам над ресторанами