Трава подо мной стала слишком колючей. Источниками раздражения стали запахи, свет, звуки. Нил подполз, поднял клинок и убрал его на место, затем сочувственно глянул на меня. Подняв голову, я встретилась с ним глазами, и это меня жутко разозлило. Я бесилась на саму себя.
- Прошу, скажи, что я не причинила тебе вреда, - вздохнула я. Нил помотал головой. Из-за резкого скачка напряжения у меня в груди все еще оставалось неприятное давящее чувство. К глазам подступили слезы; то ли из-за грусти, то ли из-за стыда, то ли из-за злости на саму себя. – Прости, Нил. Я не хочу ранить тебя или Скилера, или Тайлера… я просто… я не контролирую это.
- Эй, дыши, - успокаивал меня Нил. – Я все почувствовал, правда. Не сразу понял, но все почувствовал. Я знал, что ты его вытащила. Ты не навредишь нам.
- Да, - закивала я. – Конечно.
Не знаю, соврал ли он, чтобы успокоить меня, или на самом деле почувствовал, как я стащила оружие. Мне были отвратительны моменты, когда я теряла контроль над собственным телом. Попытки Нила приободрить меня не избавляли от мерзких ощущений, но немного расслабляли. Мне хотелось верить в его слова, и я цеплялась за надежду, словно она была деревянным плотом в бушующем море.
- Пойдем на обед, - ободряюще улыбнулся Нил. – Знаешь, Скил всегда говорит, что, если ты не в духе – значит, пришло время тебя покормить.
- А Скил прав, - усмехнулась я.
Сила привычки заставила меня держаться ближе к Нилу, но, к моему величайшему удивлению, в этом не было необходимости. Окружающие не просто перестали толкаться и хамить, они шарахались от меня как от дракона.
Стоять в очереди только с Нилом было как-то непривычно. Тин стоял одним из первых, проталкиваться к нему было бы слишком нагло с моей стороны. В отсутствии Воков я обычно обедала со своим Ралом и Дэвидом. Иногда к нам присоединялся Лин, который так и остался крайне молчаливым, по крайней мере, со мной. Но сегодня я была с Нилом
Я пыталась подумать обо всем, что уже произошло со мной с утра, но Нил заводил разговоры и расстраивался, если я отвечала рассеянно. Конечно, судя по содержанию, Нил просто пытался отвлечь меня от чего-то. И раз уж он так старался, то я снова должна была ему помочь, чтобы наш разговор хотя бы вызывал желание участия и интерес у нас обоих. В конце концов, мы впервые остались наедине, насколько это возможно.
По правде говоря, я не знала, как должна себя чувствовать. С одной стороны, пора бы уже привыкнуть ко всему странному, к новым ощущениям. Но, с другой стороны, я сомневалась, что к такому бешеному ритму можно привыкнуть. А ведь это были относительно спокойные и тихие деньки для Лока.
- Откуда ты? – странным деловым тоном спросила я, как обычно разговаривают на собеседованиях. Мысли о Тайлере все еще назойливо жужжали у меня в ушах, а я всеми силами отгоняла их прочь.
- Ох, - Нил тяжело вздохнул, положил вилку и сцепил пальцы в замок, облокотившись на стол.
«Убей»
Шею что-то больно кольнуло. Это ощущение ассоциировалось у меня с длинной тонкой спицей, которую медленно вдавливают через ухо в шею, до самого плеча. Вздохнув, я стиснула челюсть и попыталась сосредоточиться на словах Нила.
- Я, правда, уже не помню. С двенадцати лет моим домом была улица. Иногда удавалось найти крышу на ночь.
-Постой, как так получилось?
-Помню, мою мать обвинили в чем-то… Знаешь, - он снова грустно вздохнул, и я уже собиралась сменить тему, но, заметив это, Нил с готовностью продолжил трудный для него рассказ. – Воспоминания со временем стали туманными, поэтому местами могу приврать ненамеренно. Моя мама была замечательной, я не хочу верить, что она сделала нечто, заслуживающее смерти. Она знала, что за ней придут. Она посадила меня на кровать и укрыла одеяльцем, - при воспоминаниях о маме, лицо Нила озарила невероятно ласковая, но печальная улыбка. У меня даже слезы подступили к глазам, и я не пыталась смахнуть их, пошмыгивая носом. Слова Нила будто ожили и нарисовали мне довольно ясную картинку. – Она велела мне сидеть тихо, а ночью бежать как можно дальше. Сказала, что никто не увидит меня. Они ворвались в наш дом. Мама пыталась… ее убили на моих глазах, но на меня никто не обратил внимания, будто на самом деле не видели меня. А я никак не мог пошевелиться. Как ни старался… не мог даже слова произнести. А к ночи, обретя контроль над телом, я сбежал. Я бежал всю ночь. Не знаю, где оказался к рассвету. С тех пор у меня не было больше дома.