Все оборвал Тайлер, медленной походкой приблизившийся к нам. От осознания, что Тайлер ползет как улитка только для того, чтобы дать нам со Скилером возможность «поговорить», мне стало смешно. Я усмехнулась, но получилось как-то истерично.
- Скил, - вздохнул Тайлер, словно его смущали его будущие слова. – Ты больше не можешь вот так красть ее.
- Все спят, - глухо прорычал Скилер. Очевидно, новое положение дел его, как и меня, не устраивало. Но и Тайлер не выглядел счастливым. Нам всем стоило проявить больше понимания по отношению друг к другу.
- Да, большинство, - Тайлер задумчиво потер шею, опустив голову. – Но ты же понимаешь, это важно.
- Что тебя беспокоит? – вдруг выпалила я, обращаясь к Скилеру. Прозвучало слишком резко. Поняв, что натворила, я зажала рот руками. Сама ведь только что думала о «понимании» и сразу же перешла в нападение.
Скилер наклонился, чтобы заглянуть мне в глаза. Испугавшись, я сделала шаг назад и закрыла глаза. Скил дотронулся до моего подбородка двумя пальцами, но я не хотела открывать глаза. Взгляд может сказать слишком многое. Не знаю, чего я боялась сильнее - выдать взглядом свои чувства или прочитать что-то в его глазах.
Скилер снова тяжело вздохнул. Его лицо оказалось совсем рядом, я почувствовала его дыхание на своей щеке. Когда он мягко коснулся губами моей щеки, мои глаза распахнулись против моей воли. Встретившись глазами со Скилером, я забыла, как дышать, внутри что-то кольнуло. Не знаю, что выдал мой взгляд, но в его я прочитала больше, чем хотела. Я погладила его по щеке на прощание и отвернулась к Тайлеру. Как никогда прежде мне хотелось сбежать в прошлую жизнь.
- Спокойной ночи, - серьезным тоном бросил Скилер и удалился.
Меня начало трясти еще сильнее. Слишком насыщенный день, слишком много тяжелых вздохов. Одно дело переживать собственные эмоции, и совсем другое – разделять чужие чувства. Я поняла, что причиняет боль Скилеру, более того – я была к этому причастна.
Видеть боль в глазах тех, кто тебе дорог, тяжело настолько же, насколько приятно видеть их счастливыми. Это душераздирающее зрелище. Куда тяжелее, когда понимаешь, что виноват в этом ты. Боль, застывшая во взгляде родного человека, осуждает тебя так, как не смог бы ни один святой. Но самое ужасное в подобном раскаянии то, что оно не утешает тебя даже тогда, когда прощение уже было даровано нужным человеком. Вина разъедает тебя изнутри. И хорошо, если тебе хватит сил не повторить эту ошибку снова. Никогда. Но в жизни так не бывает.
В реальности люди ошибаются постоянно, словно только этим и живут. И когда начинаешь замечать свои ошибки, это сводит с ума. Если хоть на секунду потерять контроль и позволить этому просочиться в твой мозг, ты будешь отравлен. Яд парализует и подчинит твой мозг, и заставит страдать, желая собственноручной расправы.
Но есть и еще одна ловушка: если ты освободишься от этой вины, сумеешь изгнать ее навсегда, излечишься от этого яда - ты уже труп. Если избавился от этой вины - значит, душа твоя уже погибла, а сам ты стал лишь оболочкой монстра.
- Тайлер, - пропищала я, умоляюще глядя на него.
- Понял, - прошептал друг и понимающе кивнул мне. Он взял меня за руку и повел в противоположном от спальни направлении.
- Это не будет проблемой? – спросила я на ходу.
- Могу я побыть наедине со своей женой? – усмехнулся Тайлер, но сразу посерьезнел, не почувствовав от меня никакой поддержки. – Это только видимость, - серьезно добавил он. – Мы справимся. Все мы. Поняла?
- Да, - кивнула я, сомневаясь в своих возможностях.
Тайлер остановился на окраине Кола, со стороны которого тянулся запах сырости. Если приглядеться, то с западной стороны можно увидеть деревянные загоны для животных, но моего зрения для этого не хватит. Я лишь примерно знала, что метрах в двадцати от нас начинается территория Котов. Я устроилась на земле, прислонившись спиной к стволу огромного дерева. Тайлер опустился на землю напротив меня. Он скрестил ноги и обхватил колени руками. Я обессиленно раскинула руки.