Держась за Нила, чтобы не шататься, я едва переставляла ноги. Тело стало невыносимо тяжелым и словно чужим. Я больше не заставляла себя сдерживать слезы: они вполне соответствовали ситуации. Не успели мы приблизиться к толпе, как меня тут же заметили все мои "горячие поклонники", накинувшись с обвинениями. Обвинения лились самые абсурдные, но в итоге меня не пустили к телу Грэма, как и не позволили присутствовать на похоронах.
Я выслушала каждое слово с опущенной головой. Не было смирения, стыда или боли. Было неважно, правы они или нет. Людям ведь всегда нужно найти виновного. Кто-то пытался вступиться за меня, сказав, что прогонять с похорон просто бесчеловечно, но ни одна попытка не увенчалась успехом. Да я и сама не сильно возражала. Жить, обвиняя кого-то в твоей боли, всегда легче. Так пусть же народ успокоится хоть немного.
- За мной идти не обязательно, - убитым голосом произнесла я, погружаясь вглубь Кола.
- Я привык, - пожал плечами Нил. - Когда похороны случаются чаще, чем отмечаются дни рождения, перестаешь делать из этого страшное событие.
- Может быть, - бездумно ответила я, устроившись под деревом. - Можно тебя обнять?
Дело было не только в апатии или смерти Грэма. Столь ужасающий всплеск эмоций сотворил нечто действительно страшное. Я не знала, чувствую ли хоть что-то. Все вдруг стало серым, пустым и бессмысленным. Хотелось бороться с мрачными мыслями, но они кружили, словно смертоносный рой ос.
- Иди ко мне, - вздохнул Нил, раскрывая объятия.
Я обхватила друга руками, вцепившись в его спину, и уткнулась носом в плечо. Стало гораздо теплее, и я почувствовала себя возмутительно слабой.
- Почему я выжила? - прошептала я, не отдавая себе отчета в том, что и кому говорю. Я не ждала ответа, это были просто мысли вслух.
- Что? - опешил Нил.
- Я всегда хотела тихой спокойной жизни, - прерывисто дыша, продолжила я, не понимая, какие эмоции пробуждала в друге своей глупостью. - Чтобы меня просто никто не трогал.
Где-то глубоко внутри голос разума призывал меня заткнуться и не злить Нила еще больше. Но замолчать я не смогла, а Нил удивил меня совершенно неожиданной реакцией.
- Ты? - усмехнулся Нил. - Не смеши, малышка. Ты же чокнутая! Такие никогда не живут спокойно. Твое место определенно среди нас!
- Скил сильно разозлился на меня...
- Ты бываешь такой глупой, - улыбнулся Нил, впервые за долгое время, просияв своей теплой улыбкой. - Ты рискнула собой из-за него. Он злится, потому что испугался за тебя.
- Что тебя так радует? - жалобно простонала я, ударив парня кулачком в грудь.
- Что ты цела и невредима, - облегченно выдохнул Нил, уткнувшись носом мне в макушку.
"Прав был Дерек, - с горечью подумала я. – Эта связь может быть опасна для всех нас". Нормальных людей страх парализует. Нормальный человек бросился бы бежать, кричать, звать на помощь. Может, будь на месте Скилера кто-то другой, я бы так и поступила. Не стала бы рисковать и бросаться навстречу опасности. Но страх потерять друга оказался сильнее всего остального. Я и сама все еще не верила, что способна на такую оценку приоритетов.
Ужин прошел в гнетущей тишине. Нет, не для всех остальных. Тишина нависла только над столиком нашей четверки. Скилер не поднимал глаз, не желая видеть меня, Тайлер был слишком поглощен своими мыслями, а Нил не знал, чем разбавить тишину. Но для всех остальных вечер, словно ничем не отличался от всех предыдущих.
Я насильно впихивала в себя ужин, понимая, что совершенно не голодна, несмотря на то что с обеда прошло довольно много времени. Несговорчивость Скилера тоже сыграла свою роль. Я ведь сначала хотела просто замять эту тему, делая вид, что ничего не случилось. После ужина я вздохнула с облегчением, потому что Скилер все-таки подал голос.
- Кейт, - тяжело вздохнул Скилер. - Прости, что накричал, но...
- И ты прости, - резко выпалила я, не давая Скилеру возможность закончить. - Я бы тоже злилась на твоем месте. Просто представь, я ведь тоже испугалась...
- Что-то я не заметил, - фыркнул Скилер, наградив меня недовольным взглядом. - Бросилась на помощь, ни секунды не раздумывая.
- Я за тебя испугалась, - снова поникла я. После затянувшегося молчания стало понятно: нам поможет только время. Уже утром Скилер успокоится, да и не только он. - Я очень устала, давайте спать.