Вечерами, возвращаясь домой, она мечтала: о море, куда поедет летом; о платьях, которые когда-нибудь купит без раздумий; о квартире с большими окнами.
Планы на будущее начали только разрастаться, когда появилась Алиса. Одногруппница — тихая, сосредоточенная отличница — предложила снять квартиру. Катя знала, что у Алисы была тяжёлая история с общагой, и согласилась почти сразу. Съёмное жильё казалось шагом во взрослую жизнь: своя кухня, свой ключ, никаких комендантов и «дверь на замок в полночь».
Это открыло новые возможности. Теперь можно было искать работу не только в кафе с графиком «до одиннадцати», а в местах получше.
Так Катя наткнулась на вакансию в престижном ресторане. Отбор был строгим: анкетирование, беседа, даже проверка внешности — как будто кастинг. Но её взяли.
И только там, среди дорогих люстр, скатертей из белоснежного льна и гостей в костюмах от Armani, Катя впервые остро почувствовала разницу между собой и теми девушками, которые сидели за столиками. Они были не просто ухоженными — они светились особой уверенностью, запахом дорогих духов и брендовыми сумками.
Её собственный гардероб, собранный из Tom Farr и Adidas, вдруг показался смешным.
Но именно здесь начался её настоящий путь. И однажды, когда она подавала десерт изысканной женщине в красном платье, жизнь сделала резкий поворот.
— Екатерина, — женщина улыбнулась, прочитав имя на бейджике. — Вы очень красивая. И, мне кажется, у меня есть для вас работа куда интереснее, чем таскать подносы.
Женщина оставила щедрые чаевые и протянула визитку. Её звали Виолетта.
Катя набрала её номер лишь на следующий день, сидя на кухне с чашкой крепкого чая. Голос Виолетты был низким, уверенным, будто обволакивающим. Она пригласила встретиться.
На встрече Виолетта объяснила: у неё агентство, которое занимается организацией закрытых мероприятий. Там важна не только музыка и еда, но и атмосфера. А атмосферу создают люди — красивые, умные девушки, умеющие поддержать беседу, улыбнуться, привлечь внимание.
— Иногда, — добавила она с хитрой улыбкой, — мужчины намекают на «продолжение вечера». Девушки могут согласиться или нет. Никто никого не заставляет. Но оплата, конечно, разная.
Катя мгновенно напряглась, уже собираясь встать.
— Нет. Для меня это неприемлемо, — твёрдо сказала она.
Виолетта подняла ладони, будто успокаивая:
— Тише, милая. Никто не настаивает. Таких, как ты, мне даже нужнее. Красивых, умных, но недосягаемых. Ты умеешь улыбнуться и мягко отказать — это бесценно.
И она описала условия: работа в основном по выходным, всегда под контролем. Перед каждым мероприятием — стилист, наряд, макияж. Всегда ухоженной, всегда в форме. Оплата на двадцать процентов выше ресторанной.
Вечером Катя пересказала всё Алисе. На их маленькой кухне пахло чаем с мятой, на подоконнике стояли две чашки. Алиса слушала молча, потом нахмурилась.
— Осторожнее, Кать. Всё это… скользко. Ты же знаешь, к чему может привести.
— Но они не заставляют, — Катя упрямо посмотрела в окно. — И платят больше. И это другой уровень. Ты видела, какие девушки ходят туда? Какие платья, какие украшения… Я хочу туда хотя бы ради опыта.
Алиса вздохнула.
— Это твоя жизнь. Но, пожалуйста, помни: деньги — не всё.
Катя кивнула. Но внутри уже знала: согласится.
Это было её новое испытание. И шанс прикоснуться к другой жизни.
Катя долго вертела в руках визитку Виолетты. Маленький прямоугольник белоснежного картона с золотыми буквами казался чем-то из другой жизни, совсем не похожей на её прежнюю. На кухне в их маленькой съёмной квартире пахло жареными оладьями — Алиса готовила завтрак. Всё было просто, буднично, а в голове Кати роились мысли: «Смогу ли я? Что меня там ждёт?»
Так начался новый этап в жизни Кати.
Виолетта не врала — первое мероприятие началось с обеда, в салоне красоты. Катя пришла раньше времени и чувствовала себя неловко: ухоженные девушки с длинными ногами, уверенные, будто с подиума, обсуждали последние показы мод, маникюр или путешествия. А она — простая девчонка из деревни, пусть и в дорогих джинсах и новых кроссовках. Но когда стилист ловко собрала её волосы, подчеркнула глаза и надела на неё платье из тонкой ткани, Катя не узнала себя в зеркале.