Я выдыхаю.
Глубоко.
Слишком глубоко.
- Всё норм? - внезапно рядом оказывается Дана. Щёки у неё красные, глаза блестят - но не от алкоголя, а от адреналина.
- Да, - говорю автоматически.
- Ты бледная, - она щурится. - Это Вяземский говорил с тобой?
- Это он, - подтверждаю.
Дана смотрит в сторону VIP-зоны, где его уже не видно, и фыркает.
- Ого, а что хотел? - говорит она. - Хотя, oни там спорят на девчонок.
- Я знаю, - отвечаю.
- А вот теперь представь, - продолжает она, - как им будет больно, если какая-нибудь девчонка вообще не играет по их правилам.
Фраза остаётся во мне.
Как маленькая заноза, но мне почему-то кажется правильной.
Я киваю.
Смотрю на танцпол. На людей. На свет.
И вдруг понимаю: если я сегодня уйду отсюда, дрожа и прячась, - он опять победил.
А если я останусь и просто дотанцую вечер до конца так, как будто его здесь нет - это уже маленькая моя победа.
- Пошли, - говорю я. - Если уж пришли - надо добить этот вечер.
- Вот это настрой! - радуется Дана и снова тянет меня в сердцевину шума.
Я возвращаюсь на танцпол.
И танцую.
Уже не чтобы забыть его
- а чтобы помнить себя.
Глава седьмая
Я уже не помню, какая по счёту песня звучит. В какой-то момент треки сливаются в один длинный поток, и остаётся только ритм - тук-тук-тук, как ещё одно сердце где-то рядом с моим.
Я танцую всё свободнее.
Сначала просто покачивалась, осторожно, будто боялась лишнего движения. Теперь тело будто само вспоминает, что оно живое. Руки поднимаются выше, бёдра двигаются увереннее, волосы разлетаются, по коже пробегают мурашки.
Танцы всегда были моей стихией.
Повороты, лёгкие наклоны, шаги назад, вперёд - я двигаюсь так, как люблю, и чувствую взгляды. Кто-то откровенно пялится, кто-то улыбается, кто-то хлопает, когда я делаю более резкое, выверенное движение.
Дана подпрыгивает рядом, смеётся, иногда повторяет мои движения, иногда просто машет мне руками:
- Татааа! Ты огонь!
Я тоже смеюсь.
И на какое-то время мне действительно проще.
Потом всё-таки хочется пить.
Очень.
Горло пересохло, губы кажутся горячими, в голове гулко стучит музыка. Я показываю Дане, что ухожу к столику, она машет: «Окей, я через минуту!» - и снова исчезает в этой бешеной массе тел.
У нашего столика уже кто-то сидит - пары чужих бокалов, девчонки, которых я где-то видела с Даной. Они весело о чём-то спорят, машут руками.
Мой взгляд падает на бокал - высокий, с красивым напитком цвета морской волны, по стеклу медленно сползают капли. Он явно мой - стоит прямо на моей стороне стола.
Я даже не думаю.
Просто беру его и залпом выпиваю почти до дна.
Напиток оказывается удивительно вкусным: сладковатый, чуть кисло-горький, холодный. Он проходит по языку, по горлу, по всем рецепторам, словно кто-то провёл по внутренней стороне кожи ледяным пальцем.
Тело отзывается теплом.
Становится мягко.
- О, ты всё уже? - где-то рядом возникает Дана, запыхавшаяся, с сияющими глазами.
Она хватает другой бокал, и через секунду весь стол уже чокается - девчонки, какие-то парни, которые подошли, сама Дана.
Я смотрю на свой - пустой.
И думаю: вот я лохушка. Все красиво чокаются, отхлёбывают, у всех бокалы полны - а я уже выхлестала свой. Сижу с пустым стеклом, как ребёнок, у которого конфета уже закончилась.
И тут рядом с моим пустым бокалом возникает другой.
Абсолютно такой же.
Тот же цвет, те же капли на стекле, та же долька лайма по краю.
Я перевожу взгляд с бокала на руку, которая его держит.
Крупная ладонь, длинные пальцы, запястье с часами.
Поднимаюсь выше - лицо и широкая улыбка.
- Держи, красотка, - говорит парень. Голос хрипловатый, уверенный. - Это тебе.
Он улыбается широко - симпатичный, светлые глаза, ровные зубы, волосы чуть растрёпаны, как будто специально.
- Кстати, я Богдан, - добавляет он, будто между делом.
- Тата, - автоматически отвечаю.
И тут же спохватываюсь:
- Нет-нет, спасибо. Не стоит беспокоиться. Я… я не хочу пить больше.
На самом деле хочу воды. Огромный стакан. Два. Душ. Постель. Всё что угодно, только не ещё один коктейль.
Богдан только смеётся - громко, будто его чуть сложно смутить.
- Да ладно тебе, - он чуть подталкивает бокал ко мне. - Бери. Это для всех красоток сегодня. У меня днюха.
А. Вот оно что.
- Ааа, поняла, - говорю, пытаясь поймать фокус глазами. - Тогда… с днём рождения.
Я аккуратно беру бокал - не пью, просто чокаюсь с ним. Осторожно.
- Спасибо, - добавляю, и этого достаточно, чтобы Богдан расцвёл ещё больше.
- Пей-пей, - он чуть подтягивает мою руку с бокалом к моим губам. - Это же за моё здоровье.
Напиток снова касается губ.
Я делаю маленький глоток - совсем небольшой. Но его достаточно, чтобы внутри всё стало ещё мягче, ещё теплее, границы глаз слегка поплыли.