Глава 3
Семь лет спустя
Машина плавно движется по главной автомагистрали. Через окно смотрю на ночные огни, в это время суток город просто завораживает. Нет обычной будничной суеты, все спокойно.
Замечаю, что мы подъехали к гостиничному комплексу, лишь когда выходит водитель Глеба и подает мне руку. Ежусь от ночного ветра и провожу руками по открытым плечам. Глеб идет рядом, поправляя пиджак. Подхватываю его под руку, и мы заходим внутрь.
На открытии Шишковых собралась вся элита: бизнесмены, политики, несколько знаменитостей. Глеб здоровается со всеми так, словно знаком с ними тысячу лет. Я же, несмотря на то, что не первый раз на подобном мероприятии, веду себя более скованно. Терпеть не могу эти сборища лицемеров. Где каждый с улыбкой на лице готов всадить тебе нож в спину. Не выдавая своих эмоций, с широкой улыбкой принимаю комплименты и прижимаюсь к Глебу, показывая нашу счастливую семью.
- Ева, вы как всегда очаровательны! - к нам подходит и сам хозяин мероприятия, галантно целуя мою руку.
- Благодарю, а вы как всегда любезны, - улыбка не сходит с моего лица. Муж отвлекает мужчину, и они начинают разговор о бизнесе. Беру фужер с шампанским у проходящего мимо официанта и не спеша пью. Оглядываюсь по сторонам, рассматривая гостей.
Весь вечер Глеб таскает меня из одного угла в другой, словно комнатную собачку. Ноги начинают ныть от бесконечного стояния на шпильках, но не подаю вида.
- ... Ева Сергеевна против? - слыша свое имя, пытаюсь вклиниться в разговор.
- Прошу прощения, замечталась. О чем речь?
- Нет, Ева далека от бизнеса. Она хочет больше времени уделять мне, - Глеб не дает мне и слова вставить, прижимает к себе собственническим жестом. Приходится улыбнуться в ответ. Шампанское закончилось, ставлю пустой фужер на поднос и тянусь за следующим, но Глеб не дает мне этого сделать.
- Зайка, тебе хватит, - шепчет на ухо, и мне ничего не остается, кроме как послушаться.
- Конечно, милый.
Обиды нет, усвоила свою роль слишком давно. Остаток вечера провожу, словно красивая игрушка, дополнение к своему мужчине. Киваю, когда спрашивают, и хлопаю глазами.
Приезжаем домой далеко за полночь. Со стоном облегчения сбрасываю туфли и снимаю украшения, бросив на столик. Распускаю пучок и трясу головой, чувствуя мнимую свободу. Стягиваю платье и бросаю на пол, направляясь в ванную. Набираю воду и наливаю расслабляющие масла. Со стоном погружаюсь в нее, чувствуя приятную истому во всем теле.
Выходя, ощущаю приятную расслабленность во всем теле. Провожу ладонью по зеркалу и смотрю на свое отражение. Даже не верится, что прошло столько лет. Все эти годы я будто бы во сне, в чужой реальности. Глеб не плохой, совсем нет. Просто не мой. И, возможно, я даже смогла бы его полюбить. Возможно, у нас бы все получилось, если бы не обстоятельства, которые свели вместе. Этих "возможно" еще очень много, но причины, почему я так и не смогла полюбить этого мужчину, у меня нет. Я стараюсь быть хорошей женой. Пытаюсь делать вид, что мы счастливы и любим друг друга. Порой мне даже кажется, что это действительно так.
Надеваю халат и возвращаюсь в спальню. Глеб лежит на кровати с планшетом в руках, но, как только видит меня, отбрасывает его в сторону.
- Иди сюда, весь вечер только о тебе и думаю, - произносит он и притягивает за пояс халата ближе к себе.
***
- Buenos días, - утром, практически сразу после завтрака, по скайпу звонит мама и весело произносит.
- И тебе доброе утро, мам, - закатываю глаза. Они с отцом переехали в Испанию пару лет назад, и мама теперь пытается выдать себя за настоящую испанку при любом удобном случае. Пусть даже и для меня, родной дочери.
- Ох, Ева, ты чего бурчишь с утра? - она поправляет большую соломенную шляпу и смотрит на меня с упреком. - Мы с отцом давно приглашаем вас с Глебом к нам. Отдохнете, позагораете. Вам не мешало бы больше времени поводить вместе.
- Ты же знаешь, у Глеба работа. Лучше расскажи, как у вас дела, что нового? - отвлекающий маневр удался, и мама переключается на другие темы, болтая без умолку.
- Ты какая-то бледная и рассеянная. Совсем меня не слушаешь. Ты, случайно, не беременна? - она смотрит на меня с хитрым выражением лица.
- Нет, мама. Ты же знаешь, мы еще не готовы. К чему опять поднимать этот вопрос?
- Ты уверена? Сделай тест. А лучше, сходи к врачу. Я тоже думала, что не беременна, и что? В итоге, через девять месяцев на свет появилась Ева Сергеевна.
- Хорошо, я схожу к врачу, - соглашаюсь я, лишь бы она остановила свою пламенную речь. Абсолютно уверена, что никакого ребенка нет. Глеб очень рьяно следит за предохранением, да и я не готова к такой ответственности. - А где папа?
- Ты же его знаешь, уехал... - она не договаривает, в комнату стучат.
- Войдите! - дверь открывается, и на пороге стоит домработница.
- Ева Сергеевна, Глеб Альбертович просит вас спуститься вниз, - когда она уходит, прощаюсь с мамой, обещая позже перезвонить.
Спускаюсь вниз и обнаруживаю в гостиной Глеба. Он сидит на диване и, увидев меня, хлопает по месту рядом с собой. Сажусь рядом с ним и тут же попадаю в цепкое кольцо мужских рук. Напротив сидит брюнет лет тридцати. Не успеваю его рассмотреть, Глеб начинает говорить.
- Знакомьтесь, Ева Сергеевна Градова - моя жена. Максим Туманов - твой новый, Ева, водитель и телохранитель, - после слов Глеба нахожусь в неком оцепенении. У нас лишь недавно был разговор, где я просила его позволить мне водить самой, после увольнения нашего прежнего водителя. Права у меня были и вот уже несколько лет пылились на полке. Глеб практически клялся, что даст мне немного свободы. И что выходит? Очередная уловка?
- Мы же говорили... - едва я начинаю говорить, он затыкает меня.
- Ева, сейчас не время для твоих капризов. Я беспокоюсь о тебе и хочу, чтобы ты была под защитой. Максим сможет ее обеспечить. Верно, Максим? - муж переводит тяжелый взгляд на брюнета, и я невольно следую за ним. Отмечаю спортивное подтянутое тело, явно занимался спортом или боями. На лице - легкая небритость и суровое выражение без тени улыбки.
- Само собой, - произносит он и на мгновение смотрит на меня. А меня от его взгляда словно током прошибает. Глаза такие темные, что будто в бездну заглядываешь. И не видно ни одной эмоции, пустота. Я всегда с легкостью могла различить во взгляде: злость, зависть, лицемерие. Но чтобы так, ничего - это я видела впервые.
- Ева, можешь идти к себе, - Глеб отправляет меня прочь, словно непослушного ребенка.
Не произнеся ни слова, иду обратно наверх. Обида, злость, все это разливается по венам, словно яд. Мне надоело, что Глеб со мной не считается. Устала быть птицей, запертой в клетке. Как только слышу, что голоса в гостиной стихли, спускаюсь вниз. Прямиком направляюсь по коридору и открываю дверь в кабинет.
Глеб беззаботно сидит за ноутбуком и даже не смотрит на меня. Прекрасно знает, что только я могла войти без стука.
- Тебе не кажется, что это уже слишком?
- Что именно? - он не отрывается от своих дел, а меня распирает такая злость, что я подхожу ближе и захлопываю ноутбук с громким хлопком.
- То, что ты ведешь себя со мной как с ребенком. Мне не позволено разговаривать ни с кем, я не могу учиться, работать, - загибаю пальцы. - Я даже чертову машину водить не могу, - с каждым словом мой голос становится все громче и громче.
- Ты только что доказала, что не ребенок. Очень взрослый поступок, - по-прежнему спокойно произнес он, кивая на ноутбук. Интересно, его хоть что-то сможет вывести на эмоции? Мне кажется, нет. - Я просто забочусь о тебе, - он притягивает меня к себе на колени.
- Это ненормально, Глеб. Что за гиперопека? Мне не пять лет, - произношу еле слышно. Устала спорить, ругаться, что-то доказывать. Устала пытаться урвать хоть немного свободы. Все бесполезно, только глубже затягиваю веревку на шее.
- Зайка, это наша жизнь, привыкай, - целует меня в висок. - Ты хотела завтра встретиться с Кариной. Туманов тебя отвезет. Только прошу тебя, не делай парню мозги. У него своих проблем хватает, - впервые слышу, чтобы он волновался о ком-то постороннем. А потом вдруг понимаю, что муж переживает не о нем, а о себе. Он только все разрулил, ни к чему ему, чтобы его капризная жена все портила.
- Я тебя поняла, Глеб. Я постараюсь с ним поладить.
- Вот и умница. Я знал, что ты у меня все понимаешь. Ладно, зайка, беги. Отвлекаешь меня от работы, - целует меня и отправляет из комнаты.