Мои глаза неотрывно следили за маленьким человечком на экране, рука непроизвольно легла на живот, все еще вымазанный гелем, а про себя я твердо, но с нежностью и любовью проговорила:
- Борись, маленький! Мама тебя никому не даст в обиду. Мы с тобой непременно встретимся, любимочка моя.
Диагност распечатала фотографии УЗИ, отдала мне в руки листок с заключением и пожелала удачи. Кивнув ей, я поспешила обратно к знакомому врачу. Там меня уже ждали. Притихшая свекровь, сгорбившись и став разом на несколько лет старше, ждала меня, сидя рядом с врачом. Я положила результаты УЗИ на стол и громко сказала:
- Значит так! Говорю один раз. Я буду сохранять эту беременность, я рожу этого ребенка! И хватит тут праздновать труса! Выписывайте мне таблетки, капельницы. Все, что нужно я сделаю.
Врач одобрительно посмотрела на меня, кивая:
- Будет сложно, девочка, очень сложно. Но мы попробуем сохранить плод. Все будет зависеть от тебя, от твоей силы воли, настроя и того, насколько тщательно ты будешь выполнять все мои рекомендации. Но, главное, помни! Никаких нагрузок, никакого стресса. И по крайней мере, месяц с мужем нельзя спать! А дальше посмотрим, как пойдет. Сейчас я все напишу, вы купите лекарства и прямо сегодня начнешь пить. Присядь пока,- она указала на стул.
Мы возвращались домой в молчании. Я смотрела в окно, но видела лишь маленький комочек счастья на экране монитора. Во мне крепла и росла уверенность, что у меня получится. Я упрямая, я никому не отдам своего ребенка! Никому! Ни Богу, ни Дьяволу. Я мама, я самая счастливая мама на свете!
Ромка встречал нас на остановке и сразу понял, что что-то не так по глазам матери.
-Всë дома,- бросила она ему на ходу.
Он лишь растеряно проводил ее взглядом и бросился ко мне:
- Что случилось, Птичка?
- Ничего не случилось!- твердо ответила я,- Есть проблемы, но я буду их решать! Мы справимся, вместе. Ты же мне поможешь?
-Конечно, Птичка!- ответил он,- Рассказывай мне все!
Я рассказала о визите к врачу, пропуская незначительные подробности, останавливаясь лишь на важных деталях. В конце моего рассказа, мой мужчина сидел с неестественно прямой спиной, крепко сжимая мои руки своими и плотно сжав челюсти.
- Что скажешь?- тихо спросила я, чувствуя, как покидают меня силы.
Он ответил, вглядываясь в мои глаза:
- Я с тобой, Птичка. С вами,- тут же исправил он сам себя,- Я с вами! Я вас не дам в обиду.
Слёзы текли по моим щекам, а Ромка стирал их, нежно касаясь кончиками пальцев, что-то шептал мне на ушко, обнимая. Я же, прижимаясь к его горячему крепкому телу, молилась про себя:
- Справимся! Мы непременно справимся! Господи, только дай нам сил!
Глава 18
С момента моего визита к врачу началась наша новая жизнь, пронизанная ежедневными процедурами. Просыпаясь утром, первым делом я пила небольшую горсть таблеток, после которых меня жутко тошнило. Я не могла есть, не могла пить, а поездка в метро или автобусе была для меня испытанием на выносливость. Обилие запахов, постоянная тряска вызывали приступы неудержимой тошноты и головокружение. Днем мне снова было необходимо принимать лекарства. И все начиналось по кругу: тошнота, головокружение. И так раз за разом. Ездить в метро мне было очень тяжко. И однажды, мой мужчина не выдержал, не смог смотреть, как я раз за разом выбегаю на улицу, как сгибаюсь пополам, отплёвываясь желчью. Вечером, когда мы собрались за ужином, он сказал:
- Мам, мы переезжаем!
За столом повисло напряженное молчание. Свекровь опустила руку, в которой держала вилку, не успев донести ее до рта. Она громко звякнула о край тарелки:
- Что значит переезжаете?
- Это значит, что мы решили жить рядом с университетом. Я не могу смотреть, как мать моего ребёнка раз за разом мучается все сильнее, стоит нам только сесть в автобус или метро. Так больше продолжаться не может. Будем жить в общаге. И опережая твои возражения, скажу- Рома поднял руку, призывая дать ему договорить,- В общежитии тоже можно жить. Половина наших однокурсников там живут, начиная с первого курса. И ничего, не умер никто, справились. И нам, слава Богу, не по пять лет, самостоятельные.
Тяжелый, полный негодования и неприкрытой ненависти, взгляд свекрови остановился на мне. Куда делась ее доброжелательность и забота? Ничего подобного даже близко сейчас не отражалось в её глазах. Вопрос, который она задала, выбил меня из колеи:
- Добилась своего? Рада?
Я не сразу нашлась с ответом, только непонимающе смотрела на ее полыхающее злобой лицо. Ответил Рома, спокойно, чётко проговаривая слова: