Вот уже целую неделю мы жили на новом месте и потихоньку обустраивались. Даже устроили новоселье, пригласив к себе друзей. Светка со своим женихом, Юля, несколько ребят из Ромкиной группы, Антон. Последнего я не могла не пригласить, ведь несмотря на то, что они со Светкой даже не смотрели в сторону друг друга, мы по-прежнему оставались друзьями. Встреча бывших возлюбленных прошла на удивление спокойно и мирно, и я отметила про себя, что все то время, что они стояли и смотрели друг на друга, не могла даже вздохнуть. Вечер прошел отлично, мы пели песни под гитару, ели вкуснейший торт, купленный в кондитерской за углом, запивали его ароматным горячим чаем и шутили. Парни поддерживали наш женский трезвый коллектив, даже матом старались не ругаться и редко выходили на перекур, объясняя это тем, что подрастающее у нас с девчонками в животах поколение не должно слышать всякие глупости. Разошлись не поздно, ребята поблагодарили за прекрасный вечер, тактично удалились, давая мне возможность лечь отдыхать. А на днях я перевелась в другую женскую консультацию. Раз уж мы живем в районе Беляево, то и к врачу мне логичнее ходить в местную поликлинику. Осмотрев меня и сделав УЗИ, врач дала направления на анализы и скорректировала лечение. Теперь к общему протоколу добавились уколы, которые должны были снизить тонус матки. Уколы были болючие, делались 3 раза в день, и уже к концу третьего дня, попа моя превратилась в один сплошной синяк, но я стойко переносила все тяготы, движимая единственным стремлением- сохранить маленькую жизнь, что вовсю развивалась во мне. Близился Новый год, сессия и… свадьба. А платье я себе так и не нашла. Все было не то. Не тот фасон, не тот материал, не тот цвет. Одним словом, желание выходить замуж медленно, но верно угасало. Ромка успокаивал меня, говоря, что непременно найдется то самое платье, увидев которое, у девушек обычно загораются глаза и порхают бабочки в животе. Я лишь недоверчиво косилась на него и качала головой, соглашаясь.
- Не переживай, Птичка,- говорил он,- Ты затмишь всех в любом платье!
Слова его были приятны до жути, но все же хотелось выглядеть особенно в такой день. Приглашения мы разослали и теперь ждали лишь подтверждения от родственников и друзей, что жили в других городах.
В преддверии Нового года мы частенько оставались у моих дома. Бабуля, вновь приехавшая к нам на зиму, делала мне уколы, Ромка всегда стоял рядом и смотрел, как ловко она обращается со шприцом, учился. И уже через несколько дней с лёгкостью вкалывал мне лекарство, морщась и извиняясь.
- Прости, Птичка,- поглаживая место укола, говорил он,- Потерпи, милая, сейчас все пройдёт.
Я старалась расслабиться, не шипеть и не дергаться, пока он вводил лекарство, но иногда моя выдержка мне изменяла, и я тихонько всхлипывала. Но терпела. Было ради чего.
Новогодняя ночь прошла для нас тихо и спокойно. Мы сидели за праздничным столом, фоном работал телевизор, в очередной раз показывая заезженные телепередачи, мигала мелкой разноцветной гирляндой ёлка. На улице грохотали взрывы петард и хлопушек, город гулял и веселился, а с неба тихо опускались белые пушистые хлопья снега, так похожие на перья ангелов. Мы стояли на балконе нашего этажа, смотря на салюты, искрами рассыпающиеся в небе.
- С Новым годом, Птичка,- тихо сказал Ромка, обнимая меня со спины, укутывая меня поглубже в свою куртку,- Посмотри вокруг, какая красота. Помнишь прошлый новый год? Мы так же стояли здесь с тобой вдвоем. А теперь нас трое, мы любим друг друга, и у нас вся жизнь впереди. Ты счастлива, Птичка?
- Очень,- я прижалась щекой к его руке, как никогда чувствуя себя уютно, нежась в его руках,- Спасибо тебе, что ты есть.
Руки моего любимого скользнули на живот, пока еще совсем маленький, но уже не такой плоский, как раньше. Нежно погладив его, Ромка сказал:
- Я никогда не думал, что это так круто, готовиться стать отцом. Раньше был только я, а теперь у меня будет кто-то, кто назовёт меня папой. Я уже люблю его, представляешь?
Я кивнула, положив ладошку на его руки, прижимая их к своему животу:
- Представляю. Сама каждое утро просыпаюсь и не верю. Чудеса, иначе и не скажешь.
Мы замолчали, думая каждый о своем. Сейчас, в этот самый момент нам не нужны были слова, все давно уже сказано. В этом молчании было больше эмоций, больше чувств, чем в самой пламенной речи. Так бывает, когда встречаешь своего человека, свою половинку, родную душу, что даже молчание оказывается красноречивее любых слов.
-Ром,- позвала я.
-Ммм,- отозвался он мне в макушку
- Я без тебя уже не смогу,- сказала я
- Не надо быть без меня. Только со мной.- глухо ответил он, разворачивая меня к себе.