— Боже, ты прекрасна, — прорычал он, глядя на ее лицо и лаская ее.
Натали посмотрела в ответ прищуренными глазами, ее тело гудело от желания, затем вытянула руку, чтобы схватить его за голову и притянуть к себе. Она хотела, чтобы он поцеловал ее, и он это сделал, но он также убеждал ее лечь на стол своими поцелуями, так что он склонился над ней. Она почувствовала, как он задрал ее ночную рубашку так, что подол запутался вокруг ее талии с верхом, а затем его рука оказалась между ее ног и скользнула по ее влажной плоти.
Натали вскрикнула ему в рот, ее пятки вонзились ему в ноги сзади, когда ее бедра вытянулись в ласке, а затем Валериан с проклятием оторвал его рот и прижался к ее плечу, его рука замерла.
Натали заколебалась, не понимая, что происходит. Ее тело хотело большего, она хотела большего. Почему он остановился? Он потерял интерес? Ну, черт с ним, вдруг подумала она и убрала одну руку с того места, где она сжимала его плечо, чтобы проскользнуть между ними и найти его эрекцию сквозь джинсы и боксеры. Нет, он не потерял интерес. Мужчина был тверд, как камень, и подпрыгнул, когда она потерла его через ткань.
Натали пришлось закрыть глаза, так как удовольствие внезапно пронзило и ее. Воодушевленная этим ощущением, она ослабила хватку, которую держала на другом его плече, и быстро стянула его джинсы и боксеры с его бедер, а затем снова нашла его, на этот раз без преграды.
Они оба стонали и дергались, когда она взяла его в руки и погладила. Одно прикосновение, и они оба задрожали, как листья на ветру. После второго поглаживания Натали была уверена, что находится на грани оргазма.
Зарычав, Валериан выпрямился, убрал ее руку с дороги и вонзился в нее. Натали закричала от удовольствия, которое тут же взорвалось в ней, а затем схватила края стола и держалась, когда он снова вонзился в нее. Потребовалось всего три толчка, чтобы подтолкнуть ее к краю. Наслаждение, которое билось в ее мозгу целые секунды, теперь превратилось в цунами, ее тело начало трястись, почти конвульсивно, а затем свет в ее голове погас.
Глава 21
Натали очнулась на диване в своем кабинете. На минуту она не могла понять, что она здесь делает. Последнее, что она помнила —
«Вот дерьмо», — пробормотала она, когда то, что произошло на кухне, заполнило ее разум.
Боже, она все еще чувствовала запах и вкус Валериана, и это было так хорошо, и было так жарко. . а потом она испытала оргазм и снова потеряла сознание. Но потом он сказал, что это то, что происходит со спутниками жизни. Удовольствие было настолько ошеломляющим, что их разум не мог с этим справиться. Валериан сказал, что обе стороны теряли сознание после этого, но она предположила, что он, должно быть, очнулся первым и принес ее сюда. Но где он? Она села и огляделась.
Офис был пуст.
Натали пыталась понять, куда он мог пойти, когда Валериан вошел в комнату. Он шел медленно, опустив голову, его взгляд был прикован к подносу, который он нес, когда стаканы и приборы на нем звенели. Он прошел несколько футов в комнату, прежде чем поднял глаза и увидел, что она проснулась и сидит на диване. Улыбка тут же тронула его губы.
«О, привет, привет. Ты проснулась, — поприветствовал ее Валериан, сияя улыбкой и обходя диван. — «Идеально. Я принес нам еду и немного апельсинового сока и имбирного эля, но я не был уверен в количестве каждого, поэтому надеюсь, что не налил слишком много сока или что-то в этом роде».
Натали посмотрела на него, когда он поставил поднос на журнальный столик и начал убирать с него предметы. Его штаны снова были на месте и застегнуты, а он также надел футболку. Эта мысль заставила ее взглянуть на себя, и ее брови поднялись, когда она увидела, что единственное, что на ней было, — это одеяло, укрывающее ее. Она понятия не имела, где ее ночная рубашка.
— Твоя ночная рубашка слетела, когда я поднял тебя со стола. Я принес ее после того, как уложил тебя на диван. Она сложена и лежит на твоем столе.
— О, — пробормотала Натали. Прижав одеяло обратно к своему телу и не обращая внимания на румянец, она попыталась сохранять беспечность, когда спросила: — Итак, ты сказал, что это было совместное удовольствие. . значит, ты тоже потерял сознание?
Его губы дернулись, и он повернулся, чтобы посмотреть на нее с тарелкой в руке. — Это твой способ спросить, испытал ли я оргазм?