— Послушай, Драко, пока я здесь, я бессилен. Сейчас твоя очередь помочь семье преодолеть кризис. Поттер — наш выход. Наш ключ ко всему. Если тебе удастся…
— Я не собираюсь быть мальчиком на побегушках! Если для тебя это ничего не стоит, сам этим и занимайся!
Лицо Люциуса пошло розовыми пятнами.
— Такова твоя благодарность, сын? Ты отказываешься поступиться своими детскими принципами ради семьи?
— Семьи, которую ты всё равно что уничтожил? После твоего провала в Отделе тайн мы стали посмешищем, а теперь мы попросту отбросы!
— Да как ты смеешь… — гневно зашипел Люциус. — Как смеешь судить меня, твоего отца, человека, которому обязан обеспеченным детством! — Люциус окончательно потерял контроль над собой. — Поттер был у нас в руках! В РУКАХ! И тебе не хватило мозгов опознать его, сказать «да, это Поттер»! Вот почему я оказался здесь! Так что не смей… — Он осёкся и испуганно покосился на дверь.
Драко ошарашенно смотрел на отца.
— Так вот что тебя беспокоит… Твоё заключение.
— Нет! То есть, разумеется, меня это беспокоит! Я хотел сказать… — Люциуса одолел приступ косноязычия.
— Значит, теперь я виноват в твоих бедах? А где ты был во время финальной битвы, когда я пошёл в замок искать Поттера?
— Я был рядом с Тёмным Лордом. Ты исчез, и Лорд полагал, что ты примкнул к стану сопротивления. Я не мог уйти. Руквуд ненавидел нас и наплёл бы Лорду, что я предал его и сбежал. Тогда нам всем пришёл бы конец. Драко, я делал всё, чтобы защитить тебя! Всех нас!
Драко не верил ни единому слову. Обида и разочарование душили за горло.
— Ты ведь даже не спросил, как мои дела.
Губы Люциуса задрожали.
— Драко, я…
Он едва ли не впервые в жизни видел отца таким растерянным, но сейчас его это совершенно не трогало.
— Время истекло, — сказал Хоггарт, прерывая разговор.
Драко встал и молча вышел, не обращая внимания на оклики отца.
Всю обратную дорогу до Хогвартса он не мог избавиться от ощущения гадливости. Ему хотелось видеть отца гордым, сильным, несломленным. Таким, каким он видел его в детстве. А вместо этого встретил трусливую жалкую развалину, пытающуюся использовать собственного сына, чтобы освободиться. Манипулятора, которому есть дело только до себя самого.
Уже покидая карету, Драко на миг задержался.
— Вы что-то хотели, молодой человек?
— Я мог отказаться от этой встречи?
Крочер поправил пенсне и утвердительно кивнул.
— У вас есть такое право.
Спустя полчаса Драко подпирал косяк Главных ворот в ожидании МакГонагалл. С того момента как он покинул Большой зал и отправился в Министерство, прошло не больше двух часов, а казалось, будто целая жизнь. Драко чувствовал себя так, словно по нему пробежалось стадо кентавров.
Из вестибюля вышел Корнер в компании рейвенкловца.
— Какая жалость, — разочарованно протянул он. — Я-то надеялся, что тебя выгнали.
Драко смерил обоих тяжёлым взглядом и отвернулся, решив делать вид, будто ничего не происходит.
— Так куда же тебя возили?
— Майкл, что ты делаешь?
На площадку поднялась Грейнджер, следом появился Уизли. Драко заметил, что Корнер напрягся, но растянул губы в усмешке.
— Вежливо беседую с нашим общим другом. Присоединяйся!
— Нет, спасибо, — сухо ответила Грейнджер. — Лучше займитесь оба делом.
Её тон Корнеру явно не понравился.
— Теперь ты раздаёшь приказы вместо МакГонагалл, Гермиона?
Из его уст имя прозвучало почти как ругательство.
— В тех случаях, когда она не может предотвратить балаган, я готова помочь следить за порядком, который ты, похоже, опять хочешь нарушить.
— Вот как?
Корнер некоторое время пристально смотрел ей в глаза, словно пытаясь переиграть. Улыбка стала фарфоровой.
— Как скажешь, — в фальшиво-вежливой манере отозвался он.
Теперь в его глазах горела злоба. Уизли попытался что-то сказать, но смолчал, хмуро косясь на Грейнджер.
— Я думал, что кое у кого проклюнулось благоразумие… — Корнер окинул Драко неприязненным взглядом. — Но ошибся.