— Эй, — шепнул Гарри и улыбнулся.
Тедди несколько секунд смотрел на него, а потом радостно заулыбался. Выпростав из одеяльца ручку, он потянулся к крёстному. Гарри склонил к нему лицо, и маленькие пальчики обстоятельно ощупали колючий подбородок.
— Вот такой у тебя крёстный, Тедди, — ласково проговорил Гарри.
В ответ Тедди снова принялся улыбаться и лепетать что-то понятное только ему одному. Раздалось дружное «о-о-ох!», а миссис Уизли смахнула со щеки слезинку.
Снова послышался хлопок трансгрессии. Гарри вздрогнул от неожиданности и прижал Тедди к груди.
— А вот и Невилл с Луной! — радостно провозгласила миссис Уизли и помчалась встречать гостей.
— Невилл тоже приглашён? — изумлённо спросил Рон. — Круто!
Гарри передал малыша Тедди обратно в руки бабушки, и вся компания начала располагаться за столом. Из-за дома показались Невилл и Луна. Они держались за руки.
— Привет, Гарри! — бодро поздоровался Невилл. — Как ты? Бабушка передавала тебе привет. С днём рождения, что ли!
— Спасибо, Невилл, — искреннее поблагодарил Гарри и пожал его руку. — Привет, Луна!
— Здравствуй, Гарри, — потусторонним голосом пропела Луна. — Поздравляю. Ты стал ещё на год старше.
— Спасибо. А где мистер Лавгуд?
— О, папочка не смог приехать. Видишь ли, ему очень стыдно за то, что он был вынужден сотрудничать с Пожирателями смерти, когда они схватили меня и угрожали убить, если он не станет им помогать.
Луна, как всегда, говорила всю правду прямо в лицо, какой бы неудобной она ни была.
— А, — глубокомысленно изрёк Гарри. — Скажи ему, что всё в порядке.
— Хорошо, Гарри, — охотно согласилась Луна. — Кстати, он передал тебе подарок.
Луна протянула ему ту странную штуковину, которую они видели в доме Лавгудов: два кожаных шнурка, к одному из которых были приделаны сверкающие синие крылышки, а к другому, прямо посередине — оранжевая редиска, и вся эта нелепая композиция была скреплена между собой двумя изогнутыми рожками, напоминавшими слуховые.
— Это же изобретение твоего отца.
Луна важно кивнула.
— Он очень им гордится. Вот это сифоны для мозгошмыгов, — принялась пояснять Луна, — вот это — пропеллер австралийской веретенницы, ну и никуда без сливы-цеппелин. Она универсальна.
— И мистер Лавгуд передал это мне в подарок?
— Ему очень жаль, что он не может присутствовать на твоём первом после войны дне рождения.
Гарри сердечно отблагодарил её за столь ценный подарок, но всё же отказался надеть, как советовала Луна. Чтобы не обидеть её, положил подарок рядом со своей тарелкой.
Вновь раздался хлопок трансгрессии, и миссис Уизли безошибочно определила в нём прибытие мужа.
— Здравствуй, Гарри, — добродушно поздоровался глава семейства.
Гарри привстал, пожимая ему руку.
— С днём рождения, мой мальчик!
— Спасибо, мистер Уизли.
Миссис Уизли уже собралась снова бежать в дом, решив, что пора накрывать на стол, но Билл остановил её.
— Ма, задержись, пожалуйста, на минутку.
Она непонимающе взглянула на сына, но всё же села. Билл прокашлялся.
— Ма, па, в общем, мы с Флёр хотели вам сказать, что…
— Я беременна! — выпалила Флёр в совершенно несвойственной ей манере и покраснела.
Миссис Уизли перевела глаза на мужа.
— Беременна? Артур, дорогой, я всё верно расслышала? — Она снова посмотрела на Флёр и Билла, и вдруг лицо её просияло. — Ах, Мерлин мой! Какая замечательная новость!
Она кинулась обнимать сына и невестку.
— Мы только вчера узнали! — с воодушевлением щебетала Флёр. — Я знаю, что будет девочка. Она должна родиться как раз в начале мая, так что мы решили назвать её Виктуар — в честь Победы.
— Но ты так уверена, что будет девочка? — с сомнением спросила миссис Уизли.
— Я на четверть вейла. Мы такое чувствуем.
Миссис Уизли ещё добрых пять минут тискала в объятиях будущих родителей её первых внуков, пока её не прервал очередной хлопок трансгрессии.
— Это Кингсли! — Миссис Уизли опрометью бросилась на другую сторону дома.