— Сейчас же идём в лазарет!
Гарри состроил страдальческую гримасу.
— Никаких отговорок! — Гермиона потянула его за руку.
Он застонал, но подчинился.
— А Рон? — осторожно спросила она, когда они покинули гостиную через портретный проём.
— Что Рон? — рассеянно переспросил Гарри.
— Он ведь тоже прыгал в озеро. У него… всё в порядке?
— Мне он не жаловался. Но если вам ничто не мешает сейчас…
Гермиона возмущённо цокнула языком и пихнула трясущегося от смеха Гарри локтем.
* * *
Драко с трудом разлепил веки и увидел погружённый во мрак потолок. Попытался коснуться тяжёлой, как чугунок, головы и невольно застонал — вместе с возвращением в реальность пришла боль.
Послышались торопливые шаги. Свет резанул по глазам.
— Уже пришёл в себя? Нет, ещё слишком рано.
Драко сделал попытку пошевелиться.
— Лежите смирно.
— Во… воды.
Ему подали кубок; заботливая рука придержала голову, пока он делал несколько глотков.
— Где я?
— В больничном крыле.
— Как… Что случилось?
— Час назад вас доставили ко мне с сильнейшими травмами немагического происхождения, — сухо сообщила мадам Помфри.
— Кто доставил?
— Профессор Вектор. А теперь, мистер Малфой, будьте добры выпить зелье. Вы не должны были приходить в себя.
Ему почти насильно влили в глотку горькую жидкость, и Драко провалился во тьму.
Когда он опять пришёл в себя, вокруг всё ещё (или снова?) царил мрак. Чувствовал он себя несколько лучше, но тело по-прежнему ныло, а в виске противно пульсировало. Драко медленно повернул голову. Койки по эту сторону были незаняты. Он посмотрел в другую сторону. Та же картина. Лазарет пустовал. Значит, Корнер не сильно пострадал. Хотя вряд ли их заперли бы в одном помещении. В крайнем случае, здесь дежурило бы не меньше трёх авроров.
Мысль об аврорах всколыхнула в мозгу воспоминания. Драку остановили голоса… кого? Первый голос был женским. Кажется, Помфри говорила, что его нашла Вектор. А другие… Сколько их было? Два? Три? И все мужские. Это определённо были авроры. Кажется, они обездвижили Корнера. Среди них был один знакомый… Голос Гордона?
В коридоре послышался шорох, а затем ручка щёлкнула, и дверь приоткрылась, пуская во тьму лазарета узкую полоску света факелов. Драко быстро закрыл глаза. Кто бы ни пришёл, он никого не хотел сейчас видеть. Вошедший тем временем осторожно прикрыл дверь и замер то ли в нерешительности, то ли привыкая к мраку. Снова раздались шаги. Возле его койки визитёр остановился. Драко продолжал прикидываться спящим и едва не вздрогнул, когда тишину прорезал резкий шёпот:
— Драко? Малфой! — Пэнси потрепала его по плечу, и он до скрипа зубов стиснул челюсти: вся левая сторона тела отдалась острой болью.
Дверь лазарета опять открылась. Пэнси мгновенно отскочила от его кровати.
— Кто здесь? — раздался ещё один знакомый голос.
Драко чуть приоткрыл глаза.
— Паркинсон? — удивилась Грейнджер; рядом нарисовался Поттер. — Что ты здесь делаешь?
— То же самое могу спросить у вас, — огрызнулась Пэнси.
На Драко никто не обращал внимания.
— Что это? — подозрительно сощурилась Грейнджер, протягивая руку.
Пэнси отшатнулась, пряча что-то за спиной. Грейнджер сделала неуловимое движение.
— Акцио, фляга!
— Ах ты!..
Поттер угрожающе надвинулся на Пэнси, и та отступила. Она в бессильной злобе сжимала кулаки, пока Грейнджер деловито отвинчивала крышку и принюхивалась.
— Вино, — констатировала она. — Ты должна сейчас же покинуть лазарет. В следующий раз я не потерплю подобного в стенах школы.
Грейнджер говорила так, словно она как минимум староста и сейчас обычное учебное время, а Пэнси просто нарушила какое-то школьное правило. Как максимум, она говорила тоном директора Хогвартса.
Пэнси презрительно фыркнула.
— Не указывай мне, что делать.
— Если тебе не нравится то, что говорю я, можешь побеседовать на эту тему с директором, — холодно парировала Грейнджер. — Я не буду спрашивать, где ты взяла эту дрянь, но, если ещё раз попадёшься, отправишься прямиком в кабинет МакГонагалл.