Вспомнилось полное превосходства лицо Грейнджер. Вот уж чья судьба в мире магии казалась более чем предопределённой, и что же? Грейнджер просто брала то, что считала своим, поступала так, как считала правильным, говорила то, что думала. И всё это — невзирая на происхождение. Она взяла свой главный недостаток и вооружилась им, как щитом. Драко невольно сжал в кулак левую ладонь. Грейнджер сделала из своего позорного клейма знак достоинства, а его отличительный знак в итоге обратился в позорное клеймо.
Когда-то он гордился, полагая, что вместе с Меткой получает статус, уважение, власть. Раз сам Тёмный Лорд возжелал даровать ему Метку, значит, считал его достойным, не каким-то мальчиком на побегушках. Какой же он был идиот. Глотнув стыда и унижения из-за провала отца, он прельстился перспективами, которые рисовал в голове, был опьянён тем, чего ещё не совершил.
Что ж, по крайней мере сейчас ему не грозит смерть за каждым поворотом. Волдеморт исчез, Пожиратели в Хогвартс не проберутся, а за год их точно переловят, так что, когда закончится срок его исправительных работ, он вернётся домой и будет строить свою жизнь заново.
Почувствовав, что к нему вернулась сонливость, Драко закрыл глаза и мгновенно провалился в сон.
Когда он снова проснулся, в окна лился ровный солнечный свет. В лазарете было тихо, только пение птиц доносилось сквозь открытое окно. Драко подтянулся на руках и сел, опираясь на изголовье. Голова уже совсем не беспокоила, синяки и ссадины почти зажили. Напоминала о драке лишь слабая боль в рёбрах, да ещё немного ломило челюсть.
В лазарете объявилась Помфри.
— Уже можете садиться? Очень хорошо. Завтрак через полчаса. После завтрака выпьете эти зелья в строго отведённом порядке. И не вздумайте что-то перепутать!
Помфри скрылась в своём кабинете. Драко довольно улыбнулся. Сколько внимания.
Дверь лазарета снова открылась, и на пороге возникла Пэнси. Он решил никак не реагировать на её появление. Пускай сама объясняется. Пэнси уселась на соседнюю кровать, поставив локти на колени и устроив подбородок на ладонях.
— Привет.
Драко промолчал.
— Я заходила ночью, но Помфри не пустила. Сказала, что ты спишь.
Он отметил, что она ни словом не обмолвилась о разыгравшейся ссоре, и мысленно усмехнулся. Ещё бы, она так облажалась, что теперь вряд ли захочет, чтобы он об этом узнал. Драко сделал вид, что удивился.
— Да? Я и не знал. Зачем ты пришла?
Пэнси пожала плечами.
— Тебя проведать. Идёшь на поправку. Ночью ты выглядел хуже. А уж сразу после драки — совсем паршиво.
— Ты заходила в тот вечер, когда я сюда попал?
Драко так искренне удивился, что даже пропустил её оговорку про ночь.
— Нет, я видела вашу драку. Хотела на грозу посмотреть.
Видела? Она… И ничего не сделала?! Драко едва не выкрикнул обвинение ей в лицо, но здравый смысл вовремя подсказал, что это будет не самым лучшим решением.
— Классно ты ему врезал! Жаль, что по голове не попал. — Взгляд Пэнси задержался на его левой руке, лежащей поверх одеяла. — Я всё не могла понять, почему Тёмный Лорд дал тебе Метку. Значит, что-то в тебе есть. Ну так что, мир?
Драко посмотрел в непривычно весёлое, без тени злобы лицо Пэнси Паркинсон. В конце концов, что он теряет? Когда Пэнси сама протянула ему руку, он со снисходительной улыбкой пожал её в ответ.
* * *
Анжелина шла в совятню. Она давно должна была написать домой, чтобы родители не беспокоились, но у неё просто не было сил. Ведь пришлось врать обо всём. Ну не могла она откровенно рассказать о том, что с ней происходило и чем кончилось.
— Юная леди!
Анжелина улыбнулась Почти Безголовому Нику.
— Здравствуйте, сэр Николас. Как ваши дела?
— О, неплохо, неплохо. Вы куда-то спешите?