— Твой самый ненавистный брат вернулся.
Перси так крепко прижал его к себе, что Джордж закряхтел.
— Задушишь же! — шутливо посетовал он.
Гермиона буквально кожей ощутила, как изменилось настроение домочадцев с возвращением Джорджа. Поведение миссис Уизли больше не было наигранным, мистер Уизли шутил и смеялся. Перси ни на минуту не оставлял Джорджа одного, словно боялся, что, если выпустить его из поля зрения, обязательно что-нибудь случится.
Но вот мистер Уизли произнёс имя Фреда, и за столом тут же повисла тишина.
— Джордж, прости, я… — начал было он, но Джордж осёк его жестом.
— Не тебе надо извиняться. — Он помолчал, собираясь с мыслями. — Простите, что так долго не видел ничего, кроме своего горя. Простите, что вместе с Фредом хоронил заживо и себя. Это было неправильно.
— Сынок…
— Мам, — Джордж посмотрел на неё. — Прости.
Миссис Уизли сжала его протянутую ладонь и улыбнулась.
— Фред был весёлым и классным, — продолжил Джордж. — И мы не забудем его, потому что… — Он фыркнул. — Да разве такое возможно забыть?
Шутка Джорджа разрядила напряжённую обстановку.
Вечер прошёл за беззаботными разговорами. Когда все уже разбредались по своим спальням, Гермиона решила немного подышать воздухом. Она хотела выйти во двор, но голоса в коридоре её остановили. На крыльце сидели двое. Двое братьев.
— Ночуй сегодня у меня, — сказал Перси. — Или я могу прийти к тебе.
— Ты никак не хочешь оставлять меня одного, братец, — ехидно заметил Джордж.
— Я серьёзно.
Джордж похлопал Перси по плечу.
— Спасибо, Перси.
— Прости меня.
— За что?
— За то, что обвинял. Знаешь, я был ничуть не лучше. Я не мог находиться дома, не мог видеть подавленную мать. Вот почему мы с отцом сутками пропадали в Министерстве. Чтобы забыться. Это всё — просто видимость. На самом деле мы точно так же сдались. Джинни была права, когда наслала на меня Летучемышиный Сглаз.
Джордж прыснул.
— Она правда это сделала?
— Мы чуть не подрались. Она меня пинками из Хогвартса выгнала.
— Очень в духе Джинни.
Братья помолчали.
— Билл будет рад узнать, что ты вернулся. И Чарли тоже.
— Ещё не издали закон, по которому можно жениться на драконах?
Перси фыркнул.
— Если не издали, то я непременно этим займусь.
Братья рассмеялись.
— Пойду спать, — сказал, вставая, Перси. — Устал сегодня как чёрт. Не задерживайся.
Гермиона поспешила подняться обратно в комнату.
— Уже надышалась? — полюбопытствовал Рон.
— Угу, — соврала Гермиона.
Она скинула халат и забралась на кровать рядом с Роном. Он подвинулся, давая ей место, и накрыл их одеялом.
— Что нового в Хогвартсе?
— Ты будешь счастлив узнать, что Малфой снова оказался в лазарете.
— Да ладно, серьёзно? Что на этот раз? Уронил себе лопату на голову?
— Нет. Майкл его избил.
— Избил? — удивлённо повторил Рон. — То есть кулаками?
Гермиона кивнула и поёжилась.
— Помнишь, Невилл рассказывал, что происходило в Хогвартсе, пока нас не было? Он тогда упомянул, что Майкл хотел освободить младшекурсников, но его поймали и жестоко пытали. — Она сглотнула. — Это действительно было жестоко. Рон, у него всё тело в страшных рубцах. Что же нужно было делать с человеком, чтобы оставить такие следы?
— Чего ещё ожидать от этих…
— Мне так его жаль. Но я всё равно не одобряю того, что он сделал. Это неправильно.
— Почему неправильно? Ему причинили боль, он хочет мести.
— Но это сделал не Малфой, а Кэрроу. Избиение Малфоя ничего не исправит.
Рон хотел что-то сказать, но только вздохнул.
— Ты знаешь, о чём говоришь, — без радости произнёс он и привлёк её к себе.
Было легко и тепло от осознания того, что Рон понимает её. Большего она и не просила. Гермиона закрыла глаза.
* * *
Одиннадцатого августа дом стоял вверх дном с самого утра, без работы не остался никто, включая именинницу. Только к вечеру всё было окончательно готово. Около пяти часов миссис Уизли объявила празднование официально открытым и преподнесла Джинни первый подарок — золотые наручные часы, какие было принято дарить на семнадцатилетие в семьях волшебников. Билл и Флёр подарили ей серебряную заколку гоблинской работы. Мерцающие бледно-зелёные бериллы оттеняли рыжие волосы Джинни и сочетались с её нарядом — лёгким сарафаном нежно-салатового цвета.