Джордж не мог вымолвить ни слова. Он вдруг понял, что ему страшно.
— Когда… как… Почему ты молчала?
Анжелина в отчаянии закусила губу.
— Со школы. Не знаю, как так получилось. Я встречалась с Фредом и… — Она прижала ладонь ко лбу. — Я не хотела тебе говорить, надеялась, что пройдёт. К тому же ты меня избегал. Но когда Фред погиб… Джордж, я просто не могла оставаться в стороне. Мне хотелось помочь тебе пережить такую ужасную потерю.
— Так это правда?
Анжелина часто-часто заморгала, но, конечно же, из-за ветра.
— Мне так жаль, что ты узнал! Это всё глупости, не бери в голову. — Она попыталась улыбнуться — вышло плохо. — Алисия просто ляпнула, не подумав. Она ничего не знает!
Значит, просто глупости. Ляпнула, не подумав.
Он молча развернулся и пошёл прочь, не реагируя на оклики растерянной Анжелины. Он успел понадеяться, как полный дурак, что услышанное — правда и у него есть шанс. А это оказались просто глупости. Фред часто называл его глупым.
Глупый, наивный Джордж.
* * *
Гермиона отложила перо и критически осмотрела свои записи. Футарк в этот раз вышел каким-то кособоким. Вот, например, Феху и Райдхо получились больше похожими на закорючки. Увидь она подобные каракули, ни за что бы не догадалась, что это руны. Гермиона вздохнула и скатала свою руническую пропись в трубку. Просто не её день. Уж руны Старшего футарка она всегда писала без огрехов.
До начала учебного года оставалось меньше двух недель. Гермиона усердно готовилась, поднимая все записи с шестого курса и изучая список литературы для семикурсников. Обычно учёба помогала отвлечься, но сегодня всё валилось из рук, и причиной тому была предстоящая назавтра поездка в «Нору».
Когда Гарри напомнил ей о дне рождения Перси, Гермиона взяла время на раздумье. С одной стороны, они с Роном сейчас не в самых лучших отношениях, но с другой, при чём тут его семья? С ними-то она не ссорилась. К тому же на банкете после награждения им с Роном удалось вести себя вполне прилично, хоть они и держались на расстоянии друг от друга. Журналистов, конечно, не было — хватит с них снимков официальной части, но присутствовало множество других людей, перед которыми совершенно не хотелось позориться. И они выдержали это испытание, хоть поначалу Гермионе было нелегко. Едва она оказывалась поблизости, Рон тут же менялся в лице и под предлогом уходил в другой конец зала. Те, кто ничего не знал об их личной жизни, не замечали подобных мелочей, но Гермиона не раз ловила на себе взгляд Джинни. В конце концов она решила, что этот вечер не для тревог и волнений, это — её награда за пережитые злоключения, и она намерена насладиться ею по полной.
И вот теперь новая дилемма: ехать или нет? Почему всё обязательно должно быть так сложно! Гермиона посмотрела на стопку книг по рунам. Она поедет. В самом деле, с чего ей отказываться? Их с Роном личные трудности не должны так влиять на её жизнь.
На следующее утро Гарри и Гермиона отправились в «Нору». По поводу подарков вышел небольшой спор. Гарри хотел преподнести чисто символический подарок, но Гермиона уговорила его выбрать что-нибудь более практичное. И, поскольку Гарри ничего не придумал, предложила подарить Перси кожаный футляр для очков. Она сама рассматривала такой вариант, но в итоге отбросила его в пользу книг «Гоблины: руководство по языку и обычаям» и «Гоббледук: полный словарь-справочник». Перси, конечно, не собирался работать ликвидатором заклятий в Гринготтсе, но, как официальному представителю Министерства, ему было положено знать основы языка и обычаев гоблинов, если придётся обращаться к ним от имени министра магии.
— Волнуешься? — спросил Гарри, когда они материализовались на вершине пологого холма.
— Немного, — честно призналась Гермиона.
Она напряглась, когда на тропинке возникла фигура миссис Уизли, но по её поведению поняла, что Молли то ли ничего не знает, то ли в кои веки решила не вмешиваться в личную жизнь своего уже взрослого сына. И тот, и другой варианты Гермиону устраивали.
Обитатели «Норы» встретили их улыбками. Только Джорджа не было видно. На вопрос мистера Уизли друзья лишь растерянно пожали плечами.