— Джордж, нам нужно поговорить.
Он молчал, но и не уходил. Это, похоже, приободрило Анжелину, потому что она быстро заговорила:
— Вчера я нашла тебя на потайной лестнице за гобеленом. Ты что-то сказал. Я не уверена. Может быть, мне показалось, но ты сказал…
— Я был не в себе, поняла? И что бы там ни наговорил, это всё пустое, а ты просто дура, если поверила пьяному!
Джордж бросился вон из гостиной. Он нарочно говорил так грубо, потому что иначе расклеился бы прямо у неё на глазах. Слишком унизительно раскрывать душу перед кем-то, кому наплевать. Для кого это всего лишь глупости.
* * *
Драко тупо пялился на листок пергамента в своих руках. Почему именно сейчас? Неужели он как-то прознал об освобождении матери? Что ему нужно? В раздражении скомкав письмо из Министерства, Драко оглядел Большой зал. Пэнси на завтрак не явилась — слава Мерлиновым подштанникам. За другим концом стола негромко переговаривались победители. Корнер поглощал овсянку и вид имел крайне угрюмый.
Драко посмотрел на смятый в кулаке пергамент. Расправил, пробежался по ровным строчкам. «Мне разрешили второе свидание с тобой». А оно ему надо, это второе свидание?
Без особого аппетита дожевав свой завтрак, Драко вышел из зала. Сначала он хотел просто выбросить письмо в камин, но оно жгло ему карман, пока он неспешным шагом, стараясь оттянуть неизбежное, шёл в гостиную Рейвенкло. Добравшись до спальни, вынул пишущие принадлежности и устроился возле тумбочки. Расправил чистый лист, обмакнул перо в чернильницу, занёс над бумагой…
Плюх! — на пергаменте расплылась чёрная клякса.
Драко смял испорченный листок и отбросил в угол. Пожалуй, он даст себе ещё немного времени. Всё равно придётся пойти в совятню, чтобы отправить ответ, а там всегда есть чернила, перья и пергамент.
В гостиной ожидал неприятный сюрприз: Пэнси Паркинсон собственной персоной. Спустившись, он хотел молча пройти мимо, но она преградила ему дорогу.
— Куда опять намылился? Что, уже соскучился по папочке с мамочкой?
— А ты что, завидуешь?
Она вспыхнула.
— Я? Тебе?! Не смеши, Малфой! Ты жалок, и меньше всего мне хочется находиться с тобой в одном помещении!
Драко смотрел в её перекошенное лицо и вдруг узнал в ней… самого себя. Он вёл себя точно так же, встречая Грейнджер. И как же злило, когда она не реагировала на его шпильки. Не то что Поттер с Уизли — тех долго уговаривать не приходилось.
— Просто держись от меня подальше, — бросил Драко и направился к выходу.
— Скоро станешь маглолюбцем и дружком грязнокровок! — крикнула она ему вдогонку. — Чего ещё от тебя ожидать, с таким-то папашей. Яблоко от яблони недалеко упало!
Драко замер, сжимая в ладони бронзовую ручку двери.
— Что ты сказала?
Пэнси злорадно осклабилась.
— Что слышал. Вы, Малфои, всегда вовремя стелили соломку. Не удивлюсь, если завтра ты пойдёшь на поклон к Поттеру!
Драко шагнул к ней, и на этот раз она вздрогнула.
— Ты слишком много себе позволяешь, Паркинсон! — прошипел он ей в лицо.
Распахнув дверь, Драко вышел из гостиной и опомнился, только оказавшись возле домика для сов. Опустил взгляд к своей руке. Там, под рукавом, прятался оскаленный череп, как укор, как вечное напоминание о глупости. Он хотел доказать, что тоже чего-то стоит, и в этот момент рядом должен был быть отец. Чтобы поддержать, похвалить… гордиться.
Нет, он не хочет этой встречи. Тот человек, которого он знал, уважал, на которого равнялся, — этот человек существовал только в его воображении.
Драко поднялся, перепрыгивая через ступеньку, и так сильно распахнул дверь, что она ударилась о стену и отскочила. Несколько сов взмахнули крыльями, испуганно ухнув. Стоявшая возле стола девушка вздрогнула и обернулась.
— Грейнджер?
Глава 23. Меченые
Она скользнула по нему взглядом и вернулась к своему занятию: подписанию конверта. Драко захлопнул дверь и подошёл к шкафчику, в котором хранились письменные принадлежности. Развернувшись, он собрался расположиться за столом, но там всё ещё стояла Грейнджер. Теряя остатки терпения, он громко кашлянул. Грейнджер оглянулась.
— О! Извини, я задумалась.