Она сгребла со стола конверт и исчирканные листки пергамента, освобождая для Драко место. Садясь, он успел заметить побелевшие буквы на её руке, складывавшиеся в оскорбительное «грязнокровка».
— Почему ты его не прячешь?
— Что?
Грейнджер стояла возле урны. Отсюда шрам почти не был виден, но Драко казалось, что он слишком ярко выделяется на её тонком запястье.
— Твоё клеймо.
— Это не клеймо, а боевой шрам, напоминающий о том, что я прошла через испытания. Почему я должна его стесняться?
— Шрам тебя выдаёт. Будь я на твоём месте, я бы стеснялся, что моя кровь…
— Такая же красная, как у всех? — с иронией перебила Грейнджер. — Степень магических способностей от чистоты крови не зависит, как и умственный потенциал. Ты и сам это знаешь.
Драко промолчал. Он уже успел пожалеть, что открыл рот. Какой драккл дёрнул его заговорить с ней?
Грейнджер истолковала его молчание по-своему.
— Тебе, наверное, кажутся странными мои слова, и это неудивительно. Магическое сообщество — замкнутая на себе культура с очень узким мировосприятием. Не обижайся, это объективная правда. Я пришла из мира с более прогрессивными взглядами. Выражение «грязная кровь» абсурдно. Моя кровь не более чем смешанная.
Драко снова промолчал, но приглашения к продолжению Грейнджер явно не требовалось. Похоже, она была не против поболтать.
— Много лет назад в нашем мире появился один человек. Он провозгласил, что право на жизнь имеют только люди с арийской внешностью: светлые волосы, светлые глаза, светлая кожа. Само по себе слово «арии» на санскрите означает «достойный, благородный, уважаемый». Он ратовал за чистоту арийской крови и безжалостно истреблял евреев. Их он считал недостойными жить в новом мире, которым собирался править. Он называл это «расовой гигиеной», а по факту просто уничтожал людей из-за их якобы неполноценности. Ты представить не можешь, какие зверства творились в то время. Ваш Волдеморт по сравнению с ним — кроткий котёнок. Но главное то, что сам этот человек совершенно не был похож на арийца.
— И за ним всё равно последовали? — Драко фыркнул. — Значит, Кэрроу были правы насчёт тупости маглов.
— Вы же следовали за Волдемортом.
— При чём здесь Тёмный Лорд?
— А ты разве не знал, что он полукровка?
Драко решил, что ослышался.
— Прости, что?
— Полукровка. Его отцом был магл, которого звали Том. Именно в его честь Волдеморт получил своё человеческое имя — Том Риддл-младший.
Драко посмотрел на неё, как на умалишённую.
— Что за бред ты несёшь, Грейнджер?
— Это правда. Гарри узнал от Дамблдора ещё на шестом курсе.
— Невозможно. Его матерью была Меропа Гонт, древнейший колдовской род от самого Слизерина…
— Я и не отрицаю, — пожала плечами Грейнджер. — Меропа родилась сквибом. Она влюбилась в магла по имени Том Риддл, но была слишком дурна собой и жила в большой бедности, чтобы такой красивый и богатый юноша обратил на неё внимание. Она напоила его любовным зельем, и они сбежали. Вскоре Меропа перестала давать Тому амортенцию, надеясь, что фальшивые чувства перерастут в настоящие, но чуда не случилось. Том бросил её беременную. Она умерла при родах, завещав назвать мальчика в честь отца.
— Том рос в приюте, — продолжала Грейнджер. — Он рано открыл у себя магические способности и быстро понял, что они ставили его на ступень выше сверстников. Неудивительно, что, узнав историю родителей, он возненавидел отца. Он не мог принять, что какой-то магл посмел отказать чистокровной волшебнице. На летних каникулах между пятым и шестым курсом Том вернулся в дом матери, чтобы забрать кольцо Гонтов, а заодно решил заглянуть в особняк на холме, принадлежавший его отцу.
В наступившей паузе Драко поймал взгляд Грейнджер.
— Он убил их всех: отца, бабку и деда. Не моргнув глазом. Ему было шестнадцать.
По спине против воли пополз мерзкий холодок. Драко вспомнил своё разочарование, свою обиду и гнев на отца. Что должен испытывать человек, чтобы убить отца? Ответ пришёл сам.
Ничего.
Да, он давно это знал. Тёмный Лорд не испытывал никаких чувств, именно поэтому для него не существовало разницы между первым попавшимся маглом, участником сопротивления и родным отцом.