— Похоже на плохо сработанное режущее, — сказала Гермиона, вспоминая виденную утром картину. — Видимо, оглушающее выстрелило раньше и помешало.
— Значит, мне крупно повезло. На мне не меньше трёх слоёв бинта, припарки из каких-то трав и вдобавок ужасно вонючая мазь.
Друзья прыснули.
— Я серьёзно! Вот, понюхайте, — Рон вытянул вперёд ладони, будто предлагая оценить запах лечебной мази.
Несколько мгновений в палате висела тишина.
— Как Джордж? — нарушил её Рон, заставив всех напрячься.
Гермиона и Гарри посмотрели на Джинни.
— Не знаю, — сказала та. — Я не видела его после того, как он прибыл вместе с Биллом. Знаю только, что не ранен. По крайней мере физически с ним всё в порядке.
Гарри поднялся.
— Мы пойдём. Целители сказали, что тебя нельзя беспокоить, а сегодня ещё наверняка будут посетители и кроме нас.
— Спасибо, что проведали.
— Поправляйся, — напутствовала Джинни.
Они вышли, как бы невзначай оставив Рона и Гермиону вдвоём. Палата погрузилась в неловкую тишину. Оба смотрели куда угодно, только не друг на друга.
— Гляди-ка на них. Сама тактичность, — пробурчал Рон.
Гермиона невольно улыбнулась. Рон опёрся руками о постель и приподнялся, прислоняясь спиной к изголовью.
— Больно? — спросила она.
— Немного.
Она взяла его ладонь в свои руки.
— Я не должна была тебя оставлять.
— Да ведь я сбежал от тебя, как ошпаренный.
— Всё равно не должна была.
Рон закусил губу.
— Слушай, то, что я сказал… Я не имел в виду…
— Забудем об этом?
Рон робко улыбнулся и вновь коснулся её повреждённой щеки.
— Как это случилось?
Теперь в голубых глазах не было льда. Гермиону согрела искренняя забота.
— На меня тоже напали. Но я отбилась. Швырнула этому ублюдку в лицо земли, пусть распробует. Потом повалила, вырвала палочку и оглушила.
— Воительница, — с гордостью сказал Рон. — Будет знать, как нападать на безоружную девушку.
— Надеюсь, он уже ничего не узнает.
— Какая ты кровожадная!
— Прекрати, — шутливо возмутилась Гермиона, отводя его руку от лица.
Рон поймал её ладонь в воздухе.
— Испугалась?
— Его — нет, только за тебя.
Она посмотрела в его глаза, и время словно замерло. Она слегка наклонилась, а он чуть подался вперёд. Их сплетённые пальцы лежали на одеяле. Этот поцелуй не был похож на сумасшествие во время Битвы. Хрупкий момент сближения двух не успевших толком объясниться друг с другом людей.
Секунды бежали. В голове у Гермионы не было никаких мыслей, не существовало никаких ссор и обид. Только здесь и сейчас.
Он жив и рядом с ней, это было самым главным.
Глава 5. Кингсли Шеклболт
Здание госпиталя святого Мунго было старым. Изнутри оно представляло собой путаницу разномастных коридоров и лестниц, ведущих не только на другие этажи, но и в глухие альковы или неизвестного назначения эркеры с пыльными мозаичными окнами. В одном из таких эркеров между вторым и третьим этажами сидели Гермиона и Гарри. Уединившись здесь, они чувствовали себя спокойнее.
— Значит, у вас с Роном всё уладилось? — спросил Гарри, ковыряя пальцем гниющее дерево подрамника пустующей картины.
Гермиона кивнула.
— Он сам не свой после нападения. Храбрится, конечно, но я вижу, как он напряжён. — Она помолчала и всё же добавила: — Я видела, как Джинни заходила к Джорджу.
— Она часто у него бывает. Говорит, ему стыдно за срыв на похоронах.
— Глупости! Такого нельзя стыдиться.
— Это Джинни и пыталась ему объяснить.
— Как она? — сочувственно спросила Гермиона.
— Держится. Порой смотрю на неё и не могу поверить, что ей всего шестнадцать.
Они помолчали.
— Я тут походил по госпиталю, — заговорил Гарри после паузы. — Странно, но я не нашёл ни одного работающего радио, ни одной газеты и не видел, чтобы за эти две недели кого-то навещали. Невилла с Луной отправили домой прямиком через камин. Мы ничего не знаем о том, что происходит снаружи.