— У тебя золотой старик, Мовсар! — сказал он. — Он прав на сто процентов! Мало ли у нас таких, которые думают, что путь, пройденный отцами, был легким. А мы хотим готовенькое. Мы любим удобства, красивую одежду.
— При чем тут одежда? — пожал плечами Мовсар. — У них не было — они не носили, у нас есть — мы носим, вот и все. Прошли времена, когда галстук считался буржуазным пережитком.
— Однако ты галстуки не любишь, — усмехнулся Ильяс.
— Это мое личное дело. Я же не заставляю тебя, например, снять галстук.
— Ты понимаешь, Мовсар, — заговорил Изновр, — твой отец не это имел в виду. Старики хотят, чтобы мы уважали их, ценили. Знаешь, как говорится: кто горькое забыл, тот сладкому не рад.
— Ну, ладно, хватит вам о старике, — сказал Ильяс. — Давайте лучше поговорим о том, как вас помирить…
— Нас мирить? — неожиданно перебил его Мовсар. — Да я… я с Изновром никогда и не ссорился. Зачем?.. — Мовсар сказал это, и ему самому стало смешно.
Ильяс рот раскрыл от удивления, но ничего не возразил Мовсару, который только недавно при нем ругал Изновра последними словами.
Схватив со стола полную кружку пива, Ильяс залпом осушил ее до дна и, оторвав зубами спинку воблы, сказал:
— М-ну, хорошо, если так. Тогда давай, Изновр, скажи нам, когда будет твоя свадьба с Элисой.
— Это еще неизвестно, — ответил Изновр. — Осенью, наверно. Но когда бы ни была моя свадьба, я приглашаю тебя, Ильяс, и тебя, Мовсар.
Мовсар, который решил разыграть ненавистного ему Изновра, притворившись его другом, услышав эти слова, сразу позабыл об этом и, побагровев, заерзал на стуле.
Чтобы не выдать себя, он прикрыл лицо кружкой.
Изновр не заметил перемены, случившейся с ним, и продолжал разглагольствовать о своей свадьбе.
— О чем это он? — спросил Ильяс, который отвлекся, подзывая официантку.
— Об Элисе, — сказал Мовсар. И, вспомнив, что года два назад Сардал и Сека хотели сделать ее своей невесткой, но она не согласилась, добавил язвительно: — О той самой Элисе, до которой тебе с некоторых пор нет никакого дела!
Ильяс понял намек, но промолчал.
— Да-да-да! — продолжал куражиться Мовсар. — Ты хоть умри, а она тебе не достанется!
— Ты о чем? — почесал за ухом Ильяс.
— Брось!.. Сам знаешь… Не так много времени прошло с тех пор, как твои родители били поклоны, прося ее руки для тебя!
— Чьей руки?
— Элисы!
Ильяс покачал головой:
— Не думал я, Мовсар, что ты такой… Мало ли что было… Элиса ведь не виновата, что к ней кто-то сватался…
Ильяс не хотел жениться на Элисе и в душе благодарил ее за отказ: это его родители настаивали на женитьбе. Но сейчас говорить об этом в присутствии ее жениха Изновра он справедливо считал неуместным. И, заботясь об Элисе, сестре своего друга, не возразил задевшему его Мовсару.
Изновр кусал губы и был уже не рад, что попал в такую компанию.
Но распалившийся Мовсар и не думал прекращать своей атаки.
— Мне кажется, ты, Изновр, напрасно так расщедрился, угощая нас с Ильясом. Хотел просить у нас, друзей Нухи, руки Элисы? Так или не так?
Это уже была явная чушь. Стало ясно, что Мовсар опьянел.
— Лишнего не болтай! — сказал ему Ильяс.
— Ну-ну и заело теб-бя! — ухмыльнулся Мовсар. — А ведь наши предки за столом решали девичью судьбу.
— Прошли те времена, и забыть о них надо!
— Не плачь по Элисе, ты ее не получишь! — выдохнул в лицо Ильясу Мовсар.
— Ты что, с ума спятил? — Ильяс дернул его за рукав. — Совсем окосел. Хорошо еще, что Нухи с нами нет.
— А может быть, и есть! — Мовсар покрутил указательным пальцем перед носом Ильяса.
— За такие разговоры о сестре друга тебе полагается хорошая пощечина, — сказал Ильяс, отстраняясь.
Глаза Ильяса сузились, лицо побледнело.
— Кто до меня дотрагивается, тот руку ломает! — расхохотался Мовсар и, взяв Изновра за воротник, притянул его к себе и сказал: — Ты тоже, между прочим, не очень-то старайся, парень! Не быть и тебе мужем Элисы! Ведь не сможешь ты ее украсть, как делали это наши предки.
— Что это значит? — проговорил наконец Изновр.
— Что это значит, известно мне! — и Мовсар ударил себя кулаком в грудь. — Всё. Пошли.
— Нет, подожди, — сказал Изновр. — То должен сказать…
— Сказать? Могу и сказать. Только как бы ты не пожалел… Я, если хочешь, могу сказать Элисе, чтобы она не выходила за тебя. И она не выйдет, если только я скажу, понял?
— И что же это такое ты можешь сказать Элисе, какие такие волшебные слова, какое заклинание, чтобы она не пошла замуж, скажем, за меня?