— Ничего, мышонок, в другой раз… — он схватил кости, и уже собирался их подбросить, как Джонатан, которого развезло не по-детски буквально после последнего шота, громко икнул и пихнул его в бок, отчего те вылетели раньше, чем он успел наложить нужное ему сейчас заклинание. — Черт побери!
Кубики шмякнулись на игровое поле, выдав дубль. Сраный дубль. Как всегда. Две идиотские шестерки. И почему их не три — его любимое число, — Граф закатил глаза в раздражении, и уже собирался перебрасывать, но Мэйвис, странно покосившись на пьяного мужа, покачала головой:
— …пап, если ты выбросил дубль, то…
— …пьете на брудд… — Джонатан опять заикал, извиняясь, — сорри… щафрт! Да! Пьете на брудер-ик-шафт!
— …что?! — Графа передернуло от слова «брудершафт», но ещё больше его не впечатлила перспектива пить людской алкоголь. — Вы издеваетесь?! С кем?!
— Ну, как бы… с игроком, который…
— О-о-о! Нет! Уж этого точно не будет! — Эрика, тоже оживляясь, подняла руки в протестующем жесте.
— …но это правила игры… — мрачнея, выдала Мэйвис, — и раз уж мы сели играть, то… выпить же ты можешь, Эрика, а ты, пап… пропустишь… и целоваться вовсе не обязательно…
— …обязательно! Дорогая!
Джонатан схватил её одной рукой и потянул через поле на себя, а Граф снова закатил глаза и попытался не обращать внимания на то, что он, по сути, сейчас становится свидетелем интимного достаточно момента между своей дочерью и её супругом — которые, по идее, вернее — по его аристократическим представлениям, — должны были уединиться, а не лизаться, мать его, на публике.
— Джонни! Фу! Сколько слюней, — Мэйвис едва высвободилась из его объятий. И виновато потупила глаза.
— Боже… — Чур меня! — Дракула с нервным смешком поправил её. — Мышонок… мне кажется, что все эти правила давно надо было поменять… и вот ещё — я сейчас схожу на двенадцать клеток, и получаю бонус! Да?
— …нет, вам надо выпить и поцеловаться! — Джонатан, вдруг заулыбавшись, как полный дебил, обнял его, и навалившись всем телом, ткнулся своим острым носом в его ухо, отчего Граф выругался на латыни и отпрянул. — Давайте — это классно! Да, детка? Мэйвис только фыркнула.
— Нет, хоть убейте… — сказала Эрика, опять тряхнув головой.
— …я бы на вашем месте, — теперь Граф обратился к ней с подчеркнуто-вежливой интонацией, неожиданно отмечая, что дразнить её ему весьма нравится, — и не употреблял таких оборотов в речи, а не то… неизвестно чем всё кончится… бойтесь своих желаний — они могут исполниться…
И Эрика приподняла одну светлую бровь, смотря ему в глаза.
— …кому-то здесь не терпится подтвердить свою репутацию векового тирана и бессердечного убийцы, сосущего кровь?
— …мой долг — предупредить, — сквозь зубы выплюнул Граф.
— …не нуждаюсь в медвежьих услугах, ясно?
— …хотел бы сделать медвежью — предложил бы не поцелуй, а просто — кровавый засос — как вам? Где предпочитаете?! — Граф чувствовал, что она его злит, выводит на крайности, а он совершенно уже не уверен, что сможет это вынести — её наглая ухмылка сейчас напомнила ему морду одного охотника за нечистью, который был ещё до появления Ван Хельсингов, и без конца портил монстрам нервы — от него, в своё время, Графу пришлось по-настоящему спасать Фрэнка и Мюррея.
— …да лучше я Джонни в задницу поцелую, чем…
Джонатан вылупился на него как будто впервые увидел. Граф сглотнул и покосился на Эрику. Та была вне себя, похоже — её и так бледное лицо стало серым, а глаза сузились до щелок. Руки сжались в кулаки.
— …аха-ха-ха! Смешно шутите! — Джонатан утер слезы. — Всегда любил с вами поржать!
— …рад что ты оценил, — буркнул Дракула.
— …но если вы её поцелуете я… объявлю вас победителем! — заявил тут Джонатан.
— …что?! — Мэйвис вспыхнула.
— …да — что?! — Граф подскочил на мягкой перине.
— …ставлю ещё три бутылки лучшей текилы и всё свое гребанное судно на то, что у него кишка тонка! — выдала осмелевшая в край Эрика, и он подавился воздухом. — Верно?
— Стоп-стоп-стоп! Вам не кажется, что всё слишком далеко зашло? Пап? — Мэйвис с опаской посмотрела на него.
Он стиснул челюсти, и абсолютно не понимая, как всё произошло, вдруг вымолвил:
— …ладно — Дьявол с вами — наливайте!
***
— …собрались пить текилу, Граф? — Эрика вставила это с ехидной усмешкой, и ему пришлось посмотреть на неё с вопросом. — Помнится мне, недавно в баре вы сказали, что… пьете красное вино… во всяком случае, оно для вас предпочтительнее, от чего бы это?