— Светлячок, светлячок, милый мой, родненький лучик в тёмном царстве! Помоги мне, дурочке, заблудилася я. Подскажи мне дорогу к бабушке, к избушке её на курьих ножках, ограждённые забором.
Светлячок помигал в ответ и улетел. Василиса неуверенно плелась за ним, но вёл её светлячок в другую сторону и вскоре привёл к другой избе, поменьше, в окошках которой горел свет. Василиса рассердилась и прошептала:
— Светлячок, цветик мой ночной, это не избушка на курьих ножках!
Он ещё немного помигал в ответ, как вдруг из избы раздалось: «Кто здесь?» Маленький путеводитель скрылся в кустах, Василиса же осталась стоять на месте, словно статуя. Она не чувствовала пальцев, которые мёртвой хваткой вцепились в корзину, ни дрожащих от страха и долгой ходьбы ног. Дверь открылась, и у крыльца показался пожилой медведь со свечой и седыми бровями, бородой чуть ли не до колен.
— Кто здесь? — прогремел он и, увидев незваную гостью, смягчился. — Что же тебе надо, деточка? Что ж ты так поздно в лесу делаешь-то?
Василиса выпрямилась и как можно спокойнее заговорила:
— Медведь, царь леса, родненький мой мудрец да старец лесной! Помоги мне, дурочке, заблудилася я. Подскажи мне дорогу к бабушке, к избушке её на курьих ножках, ограждённые забором.
Медведь несколько поколебался и пригласил её в дом, угостил чаем да мясным пирогом. Василиса отогрелась, поела, но часы подходили к двенадцати...
— Может, поспишь в соседней комнате? — предложил хозяин дома. — Уже поздно, завтра и теплее тебе будет, и спокойнее.
— О нет, старец леса, я не могу! Бабушка будет переживать, совсем сляжет, если я не приду. Я и так её разволновала, не хочу тревожить её ещё. Нет, не могу я с ней быть так жестокою!
Медведь задумался, да почесал бороду длинную, бороду древнюю.
— М-да... Далеко ж тебя занесло, деточка! В таких краёв я и не бывал... Но я знаю Совушку-Премудрую, которая знает весь лес, до последнего деревца! Может, она тебе поможет?
Василиса вскочила со стула и захлопала в ладоши.
— Какое счастье, какое счастье! Медведь, старец мой, проводите меня до Совушки-Премудрушки!
Медведь кивнул, взял девочку за руку и повёл её с фонарём, по лесу тёмному, лесу холодному...
Совушка-Премудрая жила в дубе, совсем недалеко от хижины Медведя. Свет в дупле горел, она снова писала книгу, послания своим потомкам. «И тогда, дети мои, вы поймёте, что не всем нужно доверять, ибо в лесу злодеев много. Вы добро с ними поступаете, но те не имеют совести, те не поступят с вами хорошо... Но не со всеми так. Те, кто сердце имеет, вам обязательно помогут, однако и не стоит делать добро из корыстных целей...» Когда же постучали по коре, Сова убрала рукописи в сторону и взглянула вниз. Медведь уже ушёл, Василиса осталась одна.
— Ух, что ж тебе надо, деточка? Что же ты так поздно в лесу делаешь-то?
— Совушка, Совушка-Премудрая, царица наук, мудрая как старец, умная как Кот Учёный! Помоги мне, дурочке, заблудилася я. Подскажи мне дорогу к бабушке, к избушке её на курьих ножках, ограждённые забором.
— Уху! Где же бабушка твоя живёт?
— Около леса, с самого краю! Там стоит избушка на курьих ножках...
— Уху! Видывала я такую избушку. Ну хорошо, деточка, я тебя провожу.
Сова-Премудрая потушила свечку, вылетела из дупла, схватила девочку под руки своими большими лапами и острыми, как у орла, когтями, и ноги Василисы оторвались от земли.
Долго ли коротко ли летели они по лесу, едва не задевая деревья. Василиса поняла, что Сова уже не молода: летела она низко, и вой ветра сопровождался её отдышками. Так они пролетели совсем немного, когда Сова-Премудрая, тяжело дыша, опустила девочку на низенькую ветку дерева и сама села рядом. Василиса прозябла, руки затекли от корзинок с ягодами, но не могла она выпустить их из рук, сколько бы Сова-Премудрая не предлагала. Вдруг послышался снизу шум, и Василиса опустила головку вниз. На задних лапах стояла Лиса-Хитрая-Краса. Она давно заметила в небе парящую девочку, и когда Сова села передохнуть, встала на задние лапы и промурлыкала, словно кошка:
— Кто же тут у нас? Девочка с ягодами? Что же ты так поздно в лесу делаешь-то?.. Тебе не тяжело? Отдай мне их!
— Уху! Зачем ж тебе ягоды, негодница? — встрепенулась Сова да похлопала крыльями. — Вроде бы их ты не ешь...