Вот, спрашивается, что он сейчас делал? Удовлетворял свое любопытство, вместо того, чтобы работать над заданием командования. Слушал красивые байки, развесив уши, и ни на шаг не продвинулся вперед.
— Что ж, сегодня счет один — ноль в вашу пользу, Ваше величество.
Государыня усмехнулась, мгновенно отринув образ одержимой работой исследовательницы.
— Не хмурьтесь. Разве вам было неинтересно, капитан Маэда?
— Я бы сказал даже слишком увлекательно.
Только сейчас Кай вспомнил об обещании данном кинеримскому послу и не смог скрыть досаду, что пришлось признаваться в этом упущении. Не ровен час госпожа Химара решит, что у него склероз.
— Не вижу никакой проблемы, капитан. Диктуйте, я напишу записку драгоценному господину Вайерду прямо сейчас, — согласилась императрица и добавила, обращаясь к барышне Лоули. — Вот видишь, Искрин всё-таки наш подлинный друг.
Банальное «Я здорова и сейчас нахожусь в своем дворце» показалось Маэде самым уместным, но государыня справедливо указала на то, что краткость может вызвать обоснованные подозрения у посла.
— К тому же, следует писать не «Я», а «Мы», — уточнила она как бы невзначай.
— Ваше упрямство вызовет подозрения у капитана Яно, — предупредил Кай.
— Хорошо, — поморщилась Химара. — Продиктуйте любой абзац из любой книги. Искрину хватит моего почерка.
Так они и поступили. Капитан Маэда подумал, что нескольких предложений из орфографического словаря будет достаточно для опознания. Императрица не стала извращаться с тушью, кисточками или особой бумагой, просто вырвала страничку из тетрадки и написала требуемое обычной ручкой. Настолько обыденно, что даже капитан Яно не стал придираться.
— Не думаю, что это шифр какой-то, — сдался он, изучив записку вдоль и поперек по содержанию и на просвет. — Но, если старая лиса Вайерд начнет юлить, упрётся и потребует личной встречи, шлите его лесом.
— Он еще просил меня узнать про Хагуту Миёй, девушку, в комнате которой я сейчас живу.
Яно дернул щекой.
— Почему кинеримского посла интересует придворная?
— Без малейшего понятия. Говорит, её ищут и не могут найти родители. Уже несколько раз писали запрос в нашу комендатуру, но ответа нет. Разве она могла остаться во дворце?
— Я что-нибудь попробую выяснить, — пообещал Яно. — Но ничего не обещаю. Девчонка могла воспользоваться неразберихой и сбежать с каким-нибудь парнем из охраны. Прячутся теперь где-то в деревне.
Звучало вполне логично, но из головы Кая всё никак не шла та кукла, еще совсем недавно мирно спавшая в коробке под кроватью.
Против всех ожиданий, Искрин Вайерд с одного взгляда признал записку подлинной и не стал допытываться подробностей о жизни государыни Химары. Однако посол Кинерима не был бы собой, если бы тут же не предъявил ультиматум:
— Пожалуй, я буду настаивать на том, чтобы вещи, которые продает Её императорское величество направлялись сразу ко мне.
— Настаивать, простите?
Кай не был дипломатом, он растерялся, не зная как вести себя с человеком, дюжинами евшим лопухов, вроде капитана Маэды, на завтрак.
— Именно. Я не устраиваю цирк, не кричу на весь мир «Не верю!», а вы даете мне возможность поддержать государыню Химару материально.
На костлявом лице посла застыла недобрая ухмылка. Маэда открыл было рот, но кинеримец снова его перебил.
— Позвольте мне объяснить в какую ситуацию вы угодили, капитан Штаба. Я могу сколь угодно долго прикидываться недоверчивым старичком, требовать то одно, то другое, скандалить и дергать за ниточки прессу, чем безмерно раздражать генерала Найто. И он ничего мне не сможет сделать. Угадайте, кто окажется виноват в неприятностях арайнского военного руководства?
Кай гулко сглотнул густой комок слюны, соленый от крови из прокушенной с внутренней стороны щеки.
— Поэтому в ваших же интересах сделать так, чтобы государыня Химара не нуждалась в деньгах, а следовательно, не унижалась лишний раз… Её императорское величество высоко оценит предоставленную возможность сохранить достоинство, и станет внимательнее прислушиваться к вашим словам. И это снова-таки в ваших интересах, капитан. Вы ведь собираетесь убедить её отречься, не так ли?
Маэда весьма красноречиво промолчал. А господин Вайерд тем временем продолжил:
— Говоря терминами дельцов, вы хотите заставить клиента заключить заведомо невыгодную сделку. Шантаж и жесткое давление, конечно, могут дать эффект, но генералу Найто нужен результат не только пораньше, но и без шума, то бишь, без всемирного скандала. Поэтому придется в чем-то идти навстречу, чем-то пожертвовать. Нужно ли объяснять выпускнику арайнской военной академии, что всегда лучше уступить в незначительных мелочах, чем по-крупному?