Напарники сидели в кустах, мокрые и голодные, прижавшись друг к другу для тепла.
— Ты про что думаешь? — спросил Аксакал. И тут Митек огорошил его в очередной раз.
— Про танцы, — ответил он. — Быстрые полезнее, они дыхалку тренируют, зато медленные приятнее. Особенно с Васильевой.
— Дура набитая! — буркнул Аксакал. — С Фунтиком за ручку гуляла — нашла с кем! Он ей жука за шиворот сунул.
— Тогда скорее Фунтик дурак, а она просто ошиблась, — решил Блинков-младший.
С реки послышался плеск. Аксакал приподнялся на цыпочки и поверх ветвей посмотрел на Таможенника. Клюнуло! Встав на колени, преступник тянул из воды что-то тяжелое. Его резиновую лодку перекосило набок. Капюшон плаща он откинул, и под ним действительно оказались наушники.
— Что там? — спросил Блинков-младший. — Нашел?
— Нашел.
— Плохо дело, — расстроился Митек. — Я-то надеялся, что Валера с Петей сообразят нас поискать. А теперь поздно. Сейчас он как дунет по течению да с моторчиком, и неизвестно, к какому берегу пристанет.
— Почему ты так думаешь? — не понял Аксакал. — Он же на дачу приехал и вернется сейчас на дачу.
— Там нет машины, Седая Борода. Я заглядывал в гараж — пусто. Не в электричке же Таможенник собирается увезти кокаин. Значит, где-то дальше по берегу он спрятал машину. А на дачу он, скорее всего, и носа не показывал. Старик Михеич сейчас небось бегает по комнатам и мечет икру: «Где мой Султаша?! Из-под носа кокаин уводят!!».
— Михеич — сторож? — догадался Аксакал. — Откуда ты знаешь, как его зовут?
— Я не знаю, просто видел его и придумал кличку. Вон он, полюбуйся!
У ограды особняка, протиснув меж прутьев красное от злобы лицо, переминался с ноги на ногу «старик Михеич». Он скалился и кусал губы. А Таможенник, низко нагнувшись над водой и черпая бортом воду, втаскивал в лодку большой молочный бидон. Горловина бидона была обвязана веревкой, ее конец уходил в реку. Бидон то и дело соскальзывал с круглого надутого борта, лодка снова и снова черпала воду, и каждый раз казалось, что вот-вот она перевернется.
В конце концов Таможенник, придерживая бидон одной рукой, выхватил нож и полоснул им по уходящей вглубь веревке. Раздался стреляющий звук, как будто лопнула струна. Обрезанный конец веревки хлестнул по воде и мгновенно ушел ко дну. Видно, к нему был привязан солидный груз, потому что, разделавшись с веревкой, Таможенник легко втащил бидон к себе. Лодка здорово осела. Борта чуть возвышались над зеркалом реки. Таможенник стал пригоршнями вычерпывать воду.
Когда Аксакал снова посмотрел в сторону дачи, сторож быстро убегал от ограды.
— Решился, — заметил Блинков-младший. — Я тебе давно говорил, что он старый уголовник. Сейчас будет схватка пауков в банке.
— Думаешь, Султан сказал ему про кокаин?
— Думаю, — уверенно ответил Блинков-младший. — Думаю, побежал наш старик Михеич за своей лодкой или, хуже того, за оружием. Сейчас увидим.
Тряся жирными складками на спине, сторож скрылся в гараже. А Таможенник тем временем нашел в лодке специальную черпалку для воды, и дело у него пошло быстрее.
Лодку снесло течением метров на двадцать. Некоторое время напарники видели только сгибающуюся и разгибающуюся спину преступника. Он доплыл до поворота и снова показался в профиль. Лицо у Таможенника было багровое, как свекла. Старался, спасал свои три миллиона. Вода из черпалки летела за борт, и лодка приподнималась.
Наконец преступник, откатив бидон на нос, перебрался на корму и включил моторчик. Нельзя сказать, что лодка понеслась — пожалуй, ее можно было бы догнать по берегу быстрым шагом. Руля одной рукой, Таможенник продолжал вычерпывать воду. Потом он было взялся за весла, но моторчик стал болтаться за кормой, и лодка зарыскала носом. Таможенник бросил весла и снова начал рулить моторчиком.
— Электрический, — заметил Блинков-младший. — Значит, запас хода у него небольшой. Запросто можем…
Договорить Митек не успел. Из гаража выскочил «старик Михеич» и, оставив распахнутыми ворота и калитку в ограде, помчался по берегу наперерез лодке. В руках у него была охотничья двустволка!
— Пора вмешаться и спасти старика Михеича от тюрьмы, — сказал Блинков-младший. — За мной, Седая Борода!