— Теперь они все понесут справедливое наказание, — довольно отметил я.
— Если понесут, — буркнул Грумов.
— Дело на личном контроле у главы службы кустодиев, — ответил я. — А им плевать на ранги, титулы и звания. И на амбиции.
Грумов открыл было рот, чтобы что-то ответить, но в этот момент сквозь стену бесшумно проскользнул Ярослав. Призрак выглядел встревоженным.
— Павел Филиппович, — сообщил он, — у дома дежурят несколько машин. Стоят уже минут десять. Рядом люди. Все в черной, неброской одежде.
Я нахмурился, а затем предположил:
— Монархисты?
Ярослав покачал головой:
— Непохожи. Но там вроде как два ваших знакомых. Плут и этот… как его…
Бывший культист замялся, вспоминая имя, а затем ответил:
— Мастер Волков.
Я поднялся с кресла, накинул пиджак:
— Ну раз знакомые… Пойду расспрошу, зачем они пожаловали.
Я вышел из комнаты, оставив мертвого приказчика и Грумова наедине. И уже закрывая за собой дверь, услышал, как бывший репортер жадно расспрашивает о чем-то освобожденного мной призрака. И улыбнулся, понимая, что второй раз за вечер оставляю людей, которым нужно поговорить о многом.
В гостиной было пусто. Ни отца, ни Людмилы Фёдоровны. В комнате стояла тишина, нарушаемая только размеренным тиканьем висевших на стене часов. В воздухе качался запах свежего чая и слабый аромат духов Яблоковой. Я тихо спустился по лестнице, пересек приемную и вышел на крыльцо.
Небо над Петроградом потемнело до свинцового оттенка, словно предвещая скорую бурю. Где-то вдали звенел трамвай, и его гул эхом отражался в арке. Я пересёк двор и остановился у выхода.
На другой стороне стояли несколько машин без номеров. Двигатели были заглушены, а фары выключены. У авто виднелись люди, в надвинутых на глаза кепках. Некоторые курили, другие тихо о чем-то переговаривались. Часть из них по повадкам была из людей, которые с малолетства выросли на улицах. В других же проявлялась военная выправка, полученная за долгие годы службы в дружинах.
Плута и Волкова я заметил сразу. Они стояли особняком, оживленно что-то обсуждая. И я с удивлением отметил, что от былой вражды у главарей двух банд не осталось и следа. Старший товарищ хлопнул младшего по плечу, а тот на это по-доброму усмехнулся. Я хмыкнул и направился к ним, услышав за спиной хриплый голос:
— Так это и есть тот самый адвокат Чехов?
— Ага, — ответил ему другой.
— По виду пацан еще совсем. Но похоже уважает его Плут, раз сам решил все проконтролировать. Да и Волков в городе человек не последний.
— Этот пацан Плута из острога вытащил, приведя на допрос к самому начальнику третьего отделения мертвую девку. А вообще он за несколько месяцев практики дел порешал больше, чем ты раз в метро спускался. Правильный он пацан, с понятием.
— Адвокат с понятием… — недоверчиво протянул первый. — Да ему Рипер поди за Плута денег отвалил столько…
— Ты у простых людей поспрашивай, сколько этот пацан-практикант добрых дел сделал. И ни копейки с этого не получил. Они расскажут, — раздраженно ответил второй.
— Ну раз так.
Боковым зрением я заметил, как один из анархистов кивнул и покосился на меня с тем самым уважением, которого не купишь ни титулом, ни родом.
— Приветствую, мастера, — произнес я, подходя к Плуту и Волкову. — Чем обязан в столь поздний час?
— Вечер добрый, мастер Чехов, — произнёс Плут. — Да Гришаня сказал, что к вечеру у вашего дома неуютно становится. Слишком много лишнего народа на неприметных машинах, и еще больше ненужных глаз. Вот, решили подежурить сегодня.
— На всякий случай, — добавил Волков. — Да и город шевелится. Не хотелось бы, чтобы к вашим дверям подкатили не те люди с очень дурными намерениями.
— Вряд ли это необходимо, — начал я. — Сегодня Зимин назначен руководителем следственной группы. Завтра у «Содружества» начнутся проблемы, и им будет не до меня. Ну а я под защитой кустодиев как консультант по делу.
— Охраны много не бывает, — усмехнулся Волков. — Всякое может случиться. Среди монархистов могут найтись отморозки, которые совсем без башки. И за большие деньги они готовы будут на что угодно. Хоть против кустодиев, хоть против самого некроманта.
— Выходит, дело все-таки закрутилось? — с интересом уточнил Плут, и я кивнул:
— Да. Так что Дубинин и его люди отстанут от вас. На время. Пока не появится новый человек, который решит сделать имя на разбойных делах.
Плут и Волков переглянулись:
— А следующий, наверное, ничего и не накопает, — начал глава «Сынов». После той встречи в ресторане, мы пересеклись, обсудили кое-какие моменты-фрагменты, и решили создать частную дружину. Клиентов у нас хватает, просто теперь всю защиту можно будет провести официально.