-Это рука моего брата Молота. Нас с ним обратили вместе, мы оба стали стратилатами, но, так вышло, что он угодил за решётку. Чтобы стратилату продолжить жить, он в полнолуние должен питаться. Нюрку он обратил ещё когда она была совсем маленькой, правда, из-за заточения он не смог получить кровь от неё. Она тогда всю свою семью выпила, а он не успел. Жажда была настолько сильна, что он отгрыз себе руку. Дурной кровью нарекают тех пиявцев, которые пережили своего стратилата. В данном случае мой брат погиб раньше, чем обращённая им пиявица. С тех пор её кровь проклята, вам нельзя подходить к ней близко, это может вам навредить. Передай остальным, чтобы к Нюре не подходили, ты меня понял? – Серп Иванович оборачивается, внимательно посмотрев на Третьякова. Во время своего рассказа он не сводил взгляда с колбы, но теперь в его глазах отражалось что-то инородное. Возможно, злость и горечь, потому что не помог брату. Андрей может только кивнуть, закусывая нижнюю губу.
-Я понял. Спасибо, что рассказали. И… Мне жаль. – его голос тихий, он честно сочувствует тому, что его Хозяин потерял брата. Взяв эмоции под контроль, Серп улыбается и, закрыв дверцу шкафа, мягко треплет вожатого по волосам, то ли в благодарность, то ли просто так.
-Главное, что ты смышлёный. Молодец. А сейчас возвращайся в лагерь, времени до подъёма осталось немного, ты должен успеть. – широкая ладонь ещё раз скользит по волосам и отпускает. Андрей, получивший даже больше ответов, чем планировал, послушно кивает, с обожанием смотря на старшего. Он, не задумываясь, отдаст за него жизнь.
-Вы правы, мне пора. Ещё раз спасибо, Серп Иванович. Я побежал. – возвращает улыбку и, неловко помявшись, уходит из кабинета, оставляя стратилата наедине со своими мыслями. Он был уверен в том, что делает всё правильно, в том, что Хозяин сможет его защитить, а, значит, можно спать спокойно, осталось поговорить об этом с Женей и Максимом.
Дорога обратно, казалось, заняла даже меньше времени, чем туда. Уже оказавшись на территории, звучит горн, поднимающий воспитанников с сончаса, чтобы они собирались и шли на полдник. Пересекая площадку, забегает к себе в корпус и решает сначала помочь Антону, а уже после поговорить с остальными, передать им слова Серпа.
Он ещё не знал, что все слова, которые успокоили его сейчас, оказались лишь пустым звуком и обратный отсчёт до конца его существования уже пошёл. Он был запущен ровно в тот момент, когда в лесу его сердце перестало биться и с каждым мгновением времени оставалось всё меньше.
Он об этом не знал, поэтому продолжал вести себя так, как должно, слепо доверяя своему Хозяину.
Конец