– Но я все рассказал полиции.
– Но не ФБР. Теперь дело у нас. Следствие продвигается плохо.
– Что вы хотите узнать?
– Вам известно, что такое «виктимология»?
– Нет.
– Это техника составления психологического портрета, которая состоит в том, что нужно изучить жертву, чтобы больше узнать о нападавшем. Мы только что обнаружили труп Марии, и теперь вы нужны нам для того, чтобы схватить убийцу.
– Вы нашли Марию? Где?
– Там, где она вас ждала и куда вы якобы явились с опозданием.
Связь с несовершеннолетней, труп Марии и намек, который содержался в последней фразе, вывели Фаулза из равновесия, и он присосался к «Короне», как будто это был спасительный нектар. Он созрел для допроса.
– Я задам вам несколько вопросов. На некоторые из них вы уже отвечали, но мне нужны более точные ответы.
У Алека Фаулза было ангельское личико, круги под глазами, как у человека, страдающего бессонницей, глаза кокаиниста, прическа рок-звезды, модная одежда, серьга в ухе, часы «Патек Филип». Парень из богатой семьи, который учится в университете ради собственного удовольствия.
– Как получилось, что вы живете в университетском общежитии?
– Я студент юридического. Перед вами будущий адвокат.
– У вас наверняка есть средства, чтобы снять квартиру.
– Мои предки кантуются в Лос-Анджелесе и кладут мне деньги на счет. А дальше я уж сам выкручиваюсь. На хрена мне платить за какую-то вшивую меблирашку? Я найду куда потратить деньги.
– Куда, например?
– Ну, путешествия.
– И кокаин.
– Вас я интересую или Мария?
– Оба. Все взаимосвязано.
Фаулз опустошил вторую «Корону». Натан решил пойти на компромисс:
– Я готов забыть про малолеток и порошок, но вы должны помочь мне разобраться с трупом.
– Без проблем.
– Какие физические особенности поразили вас в Марии?
– Вы что, подозреваете, что это я ее убил?
– Я пытаюсь понять, что привлекло внимание нападавшего.
– Вы знаете Сельму Хайек?
– Нет.
– Это актриса. Мария была чем-то на нее похожа. Длинные черные волосы, золотистая кожа, огромные черные глаза приоткрытый в улыбке рот, округлости там, где надо. В общем, секс-бомба.
– Как она одевалась?
– Брюки, джинсовая куртка, сапоги. Такой спортивный стиль. Барахло вроде ничего особенного, но на самом деле все очень качественное.
– Она была разговорчивая? Общительная?
– Болтала со всеми подряд.
– Где она жила?
– В Мехико. Изучала английский, собиралась потом преподавать и путешествовала по Штатам, чтобы попрактиковаться в языке. Когда я с ней познакомился, она как раз отмечала первый месяц пребывания в Америке.
– Где?
– В «Десперадос». Это рядом.
– К тому времени она давно жила в Вашингтоне?
– Только что приехала Как раз искала комнату.
– И вы ей предложили свою.
– Я знаю, что это запрещено, но она не имела понятия, где переночевать.
– Вы гостеприимный человек, это хорошо.
Алек уставился на пустую бутылку. Натан заказал еще два пива.
– Откуда она приехала?
– Из Питсбурга.
– Каким транспортом?
– Автостопом.
– И кто ее подбросил?
– Откуда я знаю?
– Какой-нибудь дальнобойщик, или коммивояжер, или молодые люди…
– Мария никогда об этом не рассказывала.
– Она не боялась путешествовать одна?
– Она занималась крав мага –это такая израильская борьба, что-то вроде самообороны.
– У нее был в Мехико приятель?
– Она только что с ним порвала.
– Она или он?
– Она. Вы что, ничего не записываете?
– Я складываю информацию туда, где она не потеряется. Мария рассказывала вам о своей семье?
– Ее отец – служащий в какой-то американской многонациональной продовольственной компании. А про мать не знаю.
– То есть скорее средний класс?
– Ну да.
– А хобби?
– То же самое, что и у меня. Путешествия, кино, музыка.
– И наркотики?
– Нет, это было не ее.
– А теперь самое главное. Что она делала в течение сорока восьми часов, предшествовавших смерти? Вы сказали, что она приехала в Вашингтон за день до смерти.
– Мария сначала отправилась в университет Джорджтауна, чтобы найти какое-нибудь жилье, но там ничего не было. Тогда она пошла в «Десперадос», чтобы справиться о недорогих гостиницах. Там я ее и встретил.
– В котором часу это было?
– В восемь.
– Дальше?
– Мы выпили по стаканчику, повеселились, потом пошли в киношку.
– На какой сеанс?
– На двадцать два часа. Смотрели «Bubba Но-Тер». Знаете?
– Нет.
– Там все происходит в доме для престарелых, где поселилась мумия фараона и высасывает души людей через задницу. А главные герои – Элвис и Кеннеди, еще живые. Один парализован и прикован к постели, а другой стал черным и свихнулся.
– Что вы делали потом?
– Мы прошвырнулись по берегу, потом пошли ко мне. Мария мне нравилась. Да вообще она любого могла завести. С ней я был просто супер. Это вам говорит знаток.
– Знаток чего?
– Женщин.
– Значит, вы будете мне полезны.
– В чем?
– Я ищу двести сорок восемь женщин.
– Нет, кроме шуток?
– Значит, Мария провела ночь с вами. Что потом?
– Мы позавтракали в «Денни», назначили свидание – вы знаете где, и я пошел на занятия.
– Надо восстановить все, что она делала до вечера.
– Мы расстались в десять утра.
– У Марии были планы на день?
– Она собиралась пойти в Национальную галерею, а потом отправиться в Джорджтаун. Увидеть то место, где снимался «Изгоняющий дьявола». Ну, вы помните, священник под фонарем, лестница, на которой копу открутили голову… – Он стал напевать «Колокола» Майка Олдфилда. Натан поблагодарил его за пояснения:
– То, что вы мне рассказали, может помочь.
– Найдите того скота, который убил Марию, – сказал Фаулз дрогнувшим голосом.
Алек был взволнован. Натан записал номер его мобильника на оборотной стороне картонной подставки под пиво, на тот случай, если в голову придут еще какие-нибудь вопросы. Сейчас информации у него было достаточно чтобы нарисовать психологический портрет вышеупомянутого скота.
162
Когда Натан шел в гостиницу, у него появилось ощущение, будто за ним следят. Ему уже во второй раз пришлось разбудить портье. Было три часа ночи.
– Если опять будете выходить, оставьте ключ, – пробормотал служащий, который походил на лунатика.
В номере витал застоявшийся запах табака. Там стояли колченогая кровать, застланная матрасом толщиной с газету и, очевидно, таким же удобным для спанья, покосившийся шкаф, дверца которого визжала пронзительнее, чем оконные рамы в фильме ужасов, и ржавый умывальник, в котором валялось его грязное тряпье. Все прочие удобства располагались на лестничной площадке. Он растянулся на «газете», предварительно согнав с нее насекомое, и принялся составлять кусочки пазла.
Мария оказалась в Национальной галерее в то же самое время, что и Галан. Совпадение – обе женщины были весьма привлекательны. Один из нападавших, именно тот, который расположился в музее, запал на красивую мексиканку. Эта девица представляла интерес только для него. Когда Галан села в такси, он отправился за Марией. Это оказалось делом довольно простым, поскольку она использовала общественный транспорт. Он дождался, пока она окажется одна, что заняло некоторое время, так как общительная девушка болтала со всеми подряд. Он не решался в открытую обратиться к такой приветливой особе, как Мария, это говорило о том, что у него были коммуникативные проблемы. Судя по всему, сам он не был человеком общительным и разговорчивым, разве что причина крылась в языковом барьере. Этот недостаток не компенсировался и привлекательной внешностью. У него не было никаких шансов обратить на себя ее внимание. Ему ничего не оставалось, как действовать грубо и решительно. Ему пришлось прибегнуть к нападению, использовав силу. Этот тип был физически крепким, может быть, хорошо тренированным. У жертвы не было возможности сопротивляться, хотя она и занималась крав мага.