– Успокойся, – он взял салфетки и начал останавливать льющуюся кровь. – Только боюсь помимо подушек, вам придётся ещё и простынь сегодня менять. Есть вероятность того, что комендантша подумает, что вы тут кого-то убили, – парень умудрился засмеяться, при этом слегка кривясь от боли.
– Ты ещё и шутить умудряешься в твоём то положении, – я начала помогать парню оттирать руки от крови, пока та приостановила своё движение. – Прости меня, я случайно.
– Да знаю я. Всё хорошо. И вообще сам напросился, – он дотронулся до моей щеки, нежно поглаживая её большим пальцем. – Расслабься, Лина. Я же живой, всё хорошо.
– А если она тебе нос сломала? – поинтересовалась Сова, когда перестала избивать второго хоккеиста и переместилась поближе к кровати. – Думаю тогда ты не будешь таким весёлым.
– Не парься, он его уже раз десять ломал. А кровь из носа у него льётся чуть ли не каждый день, – ответил за товарища Денис, открывая окно на проветривание. – У дурня сосуды слабые.
Подойдя ближе к Татьяне, Разнов обратил внимание на то, что девушка сидит на полу в коротких шортах и майке на тонких лямках, после чего расстегнул свою спортивную олимпийку и накинул той на плечи.
– Не бузи, – он похлопал девчонку по голове. – А то замёрзнешь и простудишься. Лето в этом году выдалось неприлично холодным. У тебя штаны нормальные есть? Или мне тебе свои отдать?
– Открой шкаф, они там внизу в стопке лежат, серые такие. Ты сразу их заметишь, – ничуть не смутившись, ответила Совинькова. – Хотя я и твои забрать могу.
– Тань, честное слово, ты столько моих вещей забрала, что иногда мне кажется, что у тебя собран полный комплект хоккейной формы Академии за последние несколько лет, – Денис открыл шкаф и уставился внутрь. – Хотя, наверное, легче тебе отдать мои штаны. У тебя в шкафу что, атомная война была?
– Шкаф Татьяны Совиньковой – это бездонная яма, – сказала я Денису. – Удивительно, что, когда ты его открыл, на тебя ничего не упало. Мне кажется, что однажды она спрячет там чей-то труп.
– То есть, если Трубецкой куда-то внезапно пропадёт, то искать его нужно будет в этом шкафу? – озвучил мои мысли Разнов. – Нашёл! – он кинул серые спортивные штаны в Совинькову, за что та отвесила ему импровизированный поклон. – Можно я тут приберусь?
– Да пожалуйста. Только зная твой перфекционизм, там всё будет лежать в ровных стопочках, выверенных до миллиметра.
– Ну уж будь добра, потерпи мой перфекционизм, милочка.
– Сань, ну как ты? – поинтересовалась я, пока Татьяна отбивала у Дениса вещи, которые тот собирался утилизировать. – Сильно болит?
– Терпимо, – он приблизился ко мне и наклонил голову на один уровень со мной. – Но если ты меня поцелуешь, то он вовсе пройдёт и больше нас не побеспокоит.
– Обойдёшься, – я вновь покраснела и отодвинулась от него. – Живой и отлично.
– Какая ты жестокая, Мороз. Нос ведь сильно болит, а я терплю и улыбаюсь тебе. Ты теперь калечишь меня не только морально, но и физически.
– Если я тебя поцелую, ты больше не будешь меня подкалывать по поводу и без повода?
– Дайка подумаю, – он повернул голову в сторону Дениса, который сейчас усердно капался в шкафу, выкидывая оттуда вещи, и продолжил. – На какое-то время перестану.
– Могу поцеловать только в щёку.
– Отлично, – Саша вновь по-доброму улыбнулся и тихо шепнул мне. – Только давай быстро, чтобы никто не заметил.
Я нежно дотронулась губами до его щеки, вдыхая запах корицы и чего-то ещё. Только вот быстро разорвать это мимолётное прикосновения я не решилась, уж слишком сильно я погрузилась в свои мысли и мечтания.
– Мороз, – усмехнулся Король, когда Татьяна выразительно присвистнула, выглядывая из-за дверки шкафа. – Ты уже можешь перестать меня целовать.
Я резко отодвинулась, ещё сильнее покраснев и начав искать пути отступления. Саша лишь тихо рассмеялся и приподнял одеяло, лежавшее рядом с ним, предлагая мне убежище. Приглашать два раза меня не нужно, поэтому я быстро спряталась под него с головой, попытавшись избежать дальнейших расспросов.
– Что произошло? – поинтересовался Денис, выглядывая из шкафа вслед за Татьяной.
– Каролина поцеловала Сашу.
Совинькова не могла не заметить, как именно Разнов посмотрел на капитана, а потом тяжело вздохнул и продолжил разбирать её вещи.