– Я не могу, Король, – после такого обращения, девчонку ощутимо передёрнуло, а Кирилл быстро отодвинул её от себя, чтобы не причинять дискомфорта. – Прости. Не подумал. Ты ведь не переносишь прикосновений.
– Всё хорошо, – она устало улыбнулась, вновь нырнув в объятья к другу. – Я уже почти справилась с этой травмой. Меня просто удивил тот факт, как давно никто не произносил моей фамилии.
Кирилл вытер щёку, по которой до этого прокатилась слеза, и погладил Дашу по голове:
– Серьёзно, прости меня, Дашка. Я что-то совсем раскис. Но ты права, я веду себя как ребёнок. Пора признать, что она всегда мне нравилась, что мне всегда хотелось дразнить её и наблюдать за реакцией, да и выбрал я её лишь исходя из вышесказанных соображений. А в период её истерик, я прятался не потому что меня бесили слёзы, а потому что боялся видеть, как она раскалывается на кусочки.
– Как же быстро дети растут, – засмеялась управляющая. – Стоило провести с тобой воспитательную беседу, и ты сразу же обрёл разум, потрясающе. Хотя причина совершенно в другом, – девушка дотянулась до стакана Трубецкого и перелила его содержимое себе. – Ты просто жутко пьянеешь от капли алкоголя. И тут уже не важно, что ты пьёшь.
– Возможно, старушка.
– Ну ты понял, что должен сделать? – она посмотрела в разноцветные глаза, вспоминая, симметричные им, глаза подруги.
– Я должен извиниться и взять всё в свои руки.
– Ну вот видишь, золотце. Ты у меня такой умный мальчик.
– Ты старше меня всего на четыре года, но такое ощущение, что на все лет пятьдесят.
– Сейчас договоришься, внучок, – старческим голосом, ответила она. – Получишь у меня.
– Думаешь есть шансы?
– Смотря о каких шансах ты говоришь, – Кирилл с упрёком на неё посмотрел. – Сам признался, что она тебе нравится. Если говорить про шансы на вашу дальнейшую работу, то они велики. Вы слишком хорошо друг друга знаете, поэтому найдёте компромисс. А вот насчёт её сердца, – она лишь пожала плечами. – Тут всё сложнее. Марк всё ещё не отстал от неё? – Кирилл отрицательно закачал головой. – Тогда просто возьми и забери её.
– Так она за мной и пойдёт, конечно, – Трубецкой тяжело выдохнул. – Татьяна даже разговаривать со мной не хочет. И я не могу так поступить. На данный момент я встречаюсь с Алисой.
– Встречаться и любить – не одно и тоже. Честно, ты ведь не любишь её, признай это.
– С чего ты это взяла?
– С того, как ты о ней говоришь. Как будто она – это должное. Скорее всего вы просто хорошие друзья, а не возлюбленные. Да и она тоже тёплых чувств к тебе особо не питает, исходя из твоих слов.
– Всё не так.
– Тогда почему ты сейчас здесь, а не у неё в постели? – своими словами Дарья вновь заставила Кирилла задуматься о происходящем. – Не отрицай очевидного.
– Я не могу просто взять и насильно потащить Совинькову в ЗАГС.
– Сейчас нет, а через два года – да. И не смотри на меня так, она сама тебя туда потащит, вот увидишь. Даже предложение делать не придётся, – оценив обстановку и увидев, что друг был готов откусить ей голову, девушка перестала его провоцировать. – Просто скажи ей всё как есть. Она тебя не оттолкнёт.
– Я подумаю. И ещё, можно тебя кое о чём попросить?
– Ну валай, – девушка взяла со стола посуду, собираясь отнести их на барную стойку.
– Можешь набить мне татуировку?
Вставая с дивана, Даша чуть не выронила опустевшие стаканы, услышав просьбу друга.
– И зачем же?
– Ну хочется мне.
– Ты понимаешь, что это больно и на всю жизнь? Ну или пока ты её не сведёшь. Может это юношеский порыв на фоне пары капель виски? И вообще, тату запрещено делать, когда человек находится в состоянии алкогольного опьянения.
– Да ладно тебе, всё со мной нормально. Просто сделай то, о чём я тебя прошу.
Спустя пару часов уговоров и жгучих вспышек от тысячи маленьких уколов, на шее у Трубецкого появилась чёрная змея, спускающая на ключицы. Сказать, что боль была невыносимой – это ничего не сказать. Кирилл пару раз пытался вскочить и оставить татуировку недоделанной, однако Даша ответственно примотала его скотчем к стулу и продолжала работу.
– Интересный выбор, – констатировала девушка, заклеивая шею парня специальной плёнкой. – Снимаешь через три дня, до этого момента даже пальцем её не трогай. И кажется, Ксения Александровна меня всё-таки убьёт.